— Я там была.
Своим тонким голоском Персефона указала:
— Но сейчас тебя там нет.
Не было абсолютно никакого смысла с ней спорить, это все равно, что драться с кошкой. Кроме того, это не было строго правдой. Раздраженно потянувшись, она спихнула Персефону с кровати и откинула простынь. Вместе они крались по полуночной лестнице на плесневелое свечение кухни. Мора и Кайла уже были там, склонившись над столом, будто парочка заговорщиков, прижав головы друг к другу. Фальшивая лампа Тиффани над ними раскрашивала их затылки в фиолетовый и оранжевый. Ночь втискивалась в стеклянную дверь позади них, Блу могла видеть знакомый утешающий силуэт бука во дворе.
На звук шагов Блу, Мора подняла голову.
— О, хорошо.
Блу одарила мать тяжелым взглядом.
— У меня есть время приготовить себе чаю?
Мора махнула рукой. К тому времени, как Блу присоединилась к ним за столом с чашкой, все три женщины были увлечены одним объектом: одна блондинистая голова, одна брюнетка, одна черная. Три человека, но одна сущность.
Блу немного дрожала, когда садилась.
— О, мятный чай, — многозначительно сказала Кайла, разрушая настроение.
Закатив глаза, Блу спросила:
— С чем я помогаю?
Они открыли свои ряды настолько, что она смогла увидеть то, вокруг чего они теснились — мобильный телефон. Он лежал в ладони Кайлы, ясно, что они пытались получить от нее информацию о нем.
— Это принадлежит мистеру Грею, — сказала Мора. — Ты нам поможешь?
Блу устало расположила руки на плечах Кайлы.
— Нет, — вмешалась Мора. — Не так. Мы пытаемся понять, как зайти в его электронную почту.
— Ох. — Она взяла телефон. — Современные дети.
— Я знаю, верно?
Блу пролистала экран. Хотя у нее не было своего мобильного, она довольно много с ними обращалась, и эта модель была точно такой же, как у Гэнси. Не потребовалось особых умений, чтобы открыть почту мистера Грея. Она протянула телефон назад.
Три женщины склонились над ним.
— Вы его украли? — поинтересовалась Блу.
Ответа не последовало. Их шеи вытянулись от любопытства.
— Мне стоит зажечь фиалку? Или сельдерей?
Персефона моргнула, ее черные глаза были немного далеки.
— Ох, да, пожалуйста.
Зевая, Блу поднялась от стола и приготовила маленькую тарелку семян сельдерея и корня фиалки из шкафа. Она использовала одну из свечей со стойки, чтобы их поджечь. Или типа поджечь. Смесь дымилась и трещала, семена сельдерея подергивались, как попкорн, а корень фиалки пах горелой фиалкой. Этот дым предназначался, чтобы прояснить экстрасенсорные видения.
Она поставила тарелку на стол между ними. Запах стал похож на фейерверки.
— Итак, почему вы роетесь в его телефоне?
— Все мы знаем, что он что-то ищет, — ответила Мора. — Мы только не знали, что именно. Теперь знаем.
— И что это?
— Твоего парня-змея, — сообщила Кайла. — Только он не знает, что это парень.
Мора сказала:
— Он называет это Грейворен и говорит, что эта штука нужна, чтобы забирать предметы из снов. Тебе надо быть аккуратной, Блу. Думаю, эта семья впутана во что-то нехорошее.
Что-то нехорошее, что привело отца Ронана к избиению до смерти арматурой. Эту часть Блу уже знала.
— Думаете, он опасен для Ронана? — Блу вспомнила разбитое лицо Деклана Линча. — Я имею в виду, если он обнаружит, что Грейворен это он, а не оно?
Кайла сказала:
— Абсолютно.
В тот же момент Мора произнесла:
— Скорее всего, нет.
Персефона и Кайла бросили взгляд на Мору.
— Приму это за «может быть», — подытожила Блу.
В этот момент телефон подскочил на поверхности стола. Все четверо подпрыгнули. Блу успокоилась первой, он просто звонил. Или, скорее, он гудел и вибрировал на столе.
— Перепишите номер! — заявила Кайла, но она, должно быть, говорила сама себе, потому что уже писала.
Тонким голоском Персефона произнесла:
— Это номер Генриетты. Ты хочешь ответить?
Мора затрясла головой. Спустя какое-то время прожужжала голосовая почта.
— Мы все же послушаем. Хмм. Блу? Заставь ее работать.
Покачав головой, Блу стащила телефон и пролистала голосовую почту. Она вручила мобильник Море.
— О, — прослушав, сказала Мора. — Это он. Мне нажать эту кнопку, чтобы перезвонить ему?… Да. — Она ждала, пока шли гудки, а потом… — Ах, алло, мистер Грей.
Блу любила такой голос матери, кроме случаев, когда он был направлен на нее. Это был ее авторитетный, бодрый голос, тот, который давал понять, что у нее все карты. Только сейчас она использовала его с наемником, чей мобильник просто украла. Блу не могла решить, было ли это восхитительно бесцеремонно или невероятно глупо.