Мэттью задумался, прежде чем подать хлипкий стул без ручек. Ронан попытался подпереть дверь, но старомодный дверной крюк сопротивлялся его усилиям. Даже если бы там была обычная ручка, стул был недостаточно высок, чтобы работать рычагом.
Тккк-тккк-тккк.
— Ронан? — прошептал Мэттью.
Ронан перепрыгнул через три старых кувшина с мукой, туда, где к стене был прижат комод из кедра. Он примерился к его весу, а потом начал толкать.
— Ну же, помоги мне, — прорычал он. Мэттью резко подался вперед и подпер комод плечом.
Когти стучали по половицам коридора. Послышалась возня.
Комод из кедра дополз до двери и остановился перед ней. Ронан не знал, насколько был силен этот ночной кошмар. Он никогда не испытывал на себе ничего подобного.
Мэттью посмотрел на Ронана, соображая, когда его старший брат взобрался на кедровый комод. Ронан протянул руку и обнял кудрявую голову брата. Один раз. Крепко. Потом оттолкнул Мэттью прочь.
— Сядь рядом с мамой, — прошипел он. — Оно не хочет тебя. Ему нужен я.
— Ро…
— …Но если оно пройдет через меня, не жди — дерись.
Мэттью отступил туда, где сидела Аврора Линч в своем кресле посреди комнаты, безмятежная и неподвижная. Ронан видел, как он присел возле неё в тусклом свете, держа маму за руку.
Не следовало брать его сюда.
Дверь рванули.
Мэттью дернулся от неожиданности. Аврора нет.
Ронан держался за дверную ручку, когда та сдвинулась. Раздался медленный звук, будто воду в кране продували.
Дверь вновь подпрыгнула.
Мэттью снова вздрогнул. Но кедровый комод не сдвинулся с места. Он был тяжелым, а ночной кошмар нет. Его сила заключалась в когтях и клюве.
Дверные петли три раза дернулись. А потом наступила длинная-предлинная пауза.
Возможно, оно сдалось.
Но Ронан не стал обдумывать их следующий шаг. Они не могли рисковать и открывать дверь, если ночной кошмар находился по ту сторону. Возможно, он сам должен был выйти — человек-птица никого больше никогда не хотел. Это Ронана они презирали. Ничего в нем не испытывало желания бросать своих брата с матерью, но им обоим будет безопаснее без него.
Тянулась долгая минута тишины. А потом где-то в доме хлопнула дверь.
Мэттью с Ронаном уставились друг на друга. Что-то в этом звуке было очень неспешным и человеческим — совсем не такого ожидал Ронан от ночного кошмара.
Без сомнений, по коридору заскрипели обычные шаги. В голове Ронана стали проигрываться возможность за возможностью, и ни одна из них не была хороша. Не было времени передвигать комод, чтобы не привлечь к нему внимания. Не надо быть семь пядей во лбу, чтобы понять, что это предупреждение о приближении нового ночного кошмара — присутствие Ронана только бы усугубило ситуацию.
— Прячься, — велел Ронан Мэттью. Его младший брат застыл на месте, поэтому он схватил его за рукав и оттащил подальше от матери. Там как раз была комната для них, в которую они затолкали себя, спрятавшись за свернутые в рулоны ковры в углу. Это бы не помешало тщательному изучению, но в полумраке не нашлось бы причин для их обнаружения.
Спустя много минут после поскрипывания половиц где-то в другой части дома, кто-то для пробы толкнул дверь. На этот раз это был совершенно определенно кто-то, а не что-то. По другую сторону были слышны человеческие вздохи и шарканье ног об половицы, которое явно издавали туфли.
Ронан приложил палец к губам.
Только еще один толчок, а потом между дверью и косяком появилась расщелина в дюйм. Ворчание, еще толчок, и дверь открылась достаточно, чтобы впустить человека.
Ронан толком не знал, кого ожидал увидеть. Скорее всего, приходящую медсестру. Может, даже Деклана, который незаконно приехал.
Но это был красивый, одетый во все серое, мужчина. Прежде Ронан его никогда не видел. По тому, как его взгляд скользил по комнате, Ронан боялся, что мужчина в итоге заметит их за коврами. Но мужчину заинтересовала Аврора Линч в кресле посреди комнаты. Ронан напрягся.
Ему ничего не будет стоить броситься из своего укромного уголка. Прикоснись он только к ней…
Но Серый Человек и не думал прикасаться к Авроре. Вместо этого, он наклонился, чтобы заглянуть ей в лицо. Это было любопытство, внимательное изучение в течение нескольких секунд. Он коснулся носком обуви трубок и проводов от устройств, которые вели в никуда. Потер челюсть и задумался.
Наконец, Серый Человек поинтересовался:
— Почему вас здесь замуровали?
Аврора Линч не ответила.
Серый Человек развернулся, чтобы уйти, но остановился. Его взгляд зацепился за коробку-паззл, все еще лежавшую на столе. Взяв коробку, он начал её вертеть в руках снова и снова. Экспериментируя, покрутив то одно, то другое колесико, и наблюдая за результатом на другой стороне головоломки.