Действительно, не смогла сдержать смешок. Окошко экипажа запотело, так близко к нему было мое лицо, лишь бы не смотреть на ненавистного Леона. - Он не мог колдовать. Как он усыпил меня? – этот вопрос мучил меня на протяжении всей дороги в карете. Живот скрутило, голод подкрался очень незаметно.
Всю оставшуюся дорогу мы молчали. Каждый думал о своем: я – о побеге, а Леон, да кто его знает о чем? Наверное, о том, как бы еще меня задеть и поиздеваться.
Экипаж остановился в шумной части города. Очень шумной. Запотевшее окошко не давало рассмотреть, что там происходит, да и моей стороной, похоже, остановились у какой-то краснокирпичной стены. Ушей коснулся страшный звук, напомнивший мне свист из кипящего чайника. Марш тысяч ног, очень быстрый, - Да это же..
- Нет! Я ни за что не поеду на этом! Я не сяду в этого монстра!! – закричала на него, всё также сидящего в левом углу. Его лицо пронзила усмешка, снова.
- Серьезно? Молния Юна боится паровоза? – не выдержал и рассмеялся. Сколько еще сюрпризов принесет ему эта неожиданная свадьба? В его душе шевельнулось давно забытое чувство предвкушения.
- Прекрати скалиться Леон. Я. Не. Поеду. – Отчеканила каждое слово, серьезно глядя на него. Не помогло, веселое настроение тюремщика так легко не испортить.
Я не просто боялась, я была в ужасе. Меня не страшил отъезд из родного города, отсутствие моря и даже свободы, ведь в итоге я надеялась сбежать, но этот железный монстр вселял в меня просто панический ужас. Всё тело сжалось и покрыло мурашками, хотелось заткнуть уши и не слышать этот бешеный свист и плевки пара в несчастное небо Када.
Решила пойти другим путем, - Сделка. Я предлагаю тебе сделку, Леон. Что ты хочешь, чтобы мы не приближались к паровозу?
Леон поднес указательный палец к губам и посмотрел потолок, - хм, - раздумье казалось притворным, но он продолжал сидеть молча.
- Если ты сама поцелуешь меня, я так и быть, позволю тебе не садиться в паровоз. – Блестящие синие глаза с предвкушением сверлили меня, губы слегка изогнулись. Вот черт. Сердце гулко забилось, а Леон не отводил взгляда, ожидая ответ. Беспринципный мужчина. Щеки сами загорелись румянцем.
- Темная бездна тебя поцелует, - отсела подальше и вжалась в стенку кареты.
Но мой устрашающий вид и сопение не оставили его равнодушным. Насколько возможно, он подсел ближе и потянул руку. Конечно я оттолкнула её, но это оказалось ошибкой. Он резко схватил меня и потянул на себя. Пытаясь вырваться, я оказывалась всё ближе к нему, пока наконец он не обхватил меня за талию.
- Пусти, что ты себе позволяешь? – не кричала, шипела ему в лицо, оказавшееся непозволительно близко от моего.
- Только то, что может делать муж со своей женой. – Невинно улыбнулся Леон. Он ничего не делал, лишь продолжал прижимать меня к себе. Он отпустил мою правую руку, я попыталась оттащить себя подальше, упершись в его грудь, бесполезно. Карета продолжала стоять, охваченная вокзальным шумом, а мы застыли в нелепой позе.
- Какая же ты дикарка, Юна. – Я сжала зубы, он выражался точно так же, как когда-то выражались дворяне, случайно заметившие меня на улице. Аборигенов, магов, - звали дикарями, для меня это было обидное оскорбление. – Замолчи, не тебе так говорить, ты ублюдок мага и человека, дорогой Леон. – Вернула ему, а он как-то болезненно поморщился, будто я задела за живое, коснулась, наконец, его настоящих чувств. Он сжал объятья сильнее и свободной рукой провел над глазами. Слабость моментально навалилась и глаза сами стали закрываться. Я пыталась сопротивляться, но последнее что удалось, это прошептать его имя: - Леон, - проваливаясь в темноту, почувствовала легкий поцелуй или мне уже приснилось.
***
Полностью черная, без опознавательных знаков и номеров, карета, еще какое-то время пугала прохожих. Возница исчез, как только она прибыла к месту, ручки на дверцах отсутствовали и оттуда никто так и не вышел. На целых полчаса бездомные попрошайки забыли о своих обязанностях и обсуждали зловещую колесницу. Такие принято было нанимать для похорон или темных делишек. Пара любопытных мальчишек и старик - постоянные бедняки вокзала, с огромным любопытством ждали, когда черное пузо экипажа распахнется, приоткрывая им свою тайну. Черный монстр покачнулся.