– К вам можно?
– Присоединяйтесь, сержант. Вот-вот будет готово, – Торн ловко перевернул импровизированный вертел, и огонь зашипел, когда на раскаленные угли упали капли сока. Пахло одуряюще вкусно.
– Благодарю, – морпех не стал церемониться. Оглянулся, нашел подходящий камень, без видимых усилий перекатил его поближе и, бросив сверху плащ, уселся. Торн одобрительно кивнул. Понимает человек, что на холодном камне и застудиться можно. Опытный…
– Хотели что-то сказать? – тянуть кота за хвост оборотень не собирался.
– Да. Скажите, зачем вы идете с нами?
– У нас свое дело. Пересекающееся с вашим, но не мешающее ему.
– Я так и думал, что не просто так вы с нами идете, – усмехнулся морпех.
– Думаю, это поняли все, имеющие в голове хоть чуточку мозгов, – вернула ему шпильку Элька.
– Не обращайте внимания, – сделал в ее сторону осаживающий жест Торн. – По молодости еще не научилась понимать, когда не стоит лезть в разговор.
– Да нормально, – махнул рукой сержант. – Тем более, она права. Просто у меня по этому поводу серьезный разговор.
– Хотите узнать, после чего можно начинать резать друг другу глотки?
– Именно, – голос сержанта звучал твердо, ни следа бывшей еще секунду назад вальяжности. – У нас приказ найти принцессу и доставить ее во дворец. У магов – тоже, и они, кстати, весьма подозрительно шепчутся. А чего хотите вы?
– Нас интересует ее спутник, – не стал крутить Торн. – Ваша принцесса… Для нас она что есть, что нет, допустимые потери. Так что когда догоним – занимайтесь ею сами. Делим трофеи и разбегаемся. Устраивает?
– Меня – да. Но про магов…
– Маги, – усмехнулся Торн, прервав собеседника, – могут иметь какое угодно мнение. Но, в любом случае, свое я заберу. Даже если мне придется уничтожить и их, и вас. Но без нужды я этим заниматься не буду. Устраивают расклады?
– Вполне, – сержант встал. – Мясо переверните, сгорит…
Когда он ушел, Торн повернулся к спутнице и сказал:
– Вот с такими можно иметь дело. Сволочь, конечно, каторжная, но есть мозги, четкое понимание ситуации и инстинкт самосохранения. И еще, он очень не хочет драки с нами, не зря же предупредил.
– Насчет магов?
– Да. А еще насчет того, что хотел бы сохранить нейтралитет. Пускай не предупредил – намекнул, этого достаточно. Солдаты просты и понятны, они хотят выжить и без нужды драться не станут. А вот маги меня беспокоят. Как бы не замутили чего.
– Думаешь, рискнут?
– Могут. Они частенько витают в облаках, отрываясь от реальности, а потом начинаются проблемы. В первую очередь, у них самих, но и другим при этом достается, по себе знаю. Поэтому о том, что я тоже кое-что умею, ни слова. И будь внимательна, ясно?
– Ясно.
– Это хорошо, – задумчиво пробормотал Торн. – Это очень хорошо, что ясно. Только помни, в спину могут не только плюнуть, а для полноты ощущений еще и ножом ткнуть. Но пока что мы им нужны…
Идти по горам, даже таким вшивеньким, как эти, совсем не то же самое, что по ровной земле. Напрямик уж точно не получается. В результате путь, который пришлось проделать Аллену, получился в разы больше, чем казалось вначале. Он, впрочем, не роптал – отлично понимал расклады и заранее настроился на долгий переход.
А сынок, кстати, тоже на месте не сидел и перемещался довольно шустро. Когда Аллен плыл по океану и шел по джунглям, расстояние сглаживало колебания курса, но сейчас стрелка амулета поворачивалась не то чтобы быстро, но ощутимо. Тоже на месте не сидит, сынок-то. И шурует, похоже, прямиком к замку. Куда ж ты прешься, балда малолетняя… Именно эти мысли крутились в голове, когда любящий отец, представляя, как снимет ремень и отполирует чью-то задницу, приближался к цели.
Увы, расстояние сокращалось довольно медленно. От Аллена уже валил пар, несмотря на прохладный день, а толку было немного. Отвык ты, твое величество, отвык, самокритично, в который уже раз, бурчал он себе под нос, преодолевая очередное препятствие. Да и годы, чего уж там, давали о себе знать. Жена-эльфийка, да еще и маг, помогала как могла, на взгляд сейчас вряд ли кто-то дал бы Аллену больше тридцати, край, тридцати пяти, физически он этому вроде бы тоже соответствовал, но все равно усталость накапливалась куда быстрее, чем в те времена, когда он был еще провинциальным бароном, сопляком, не помышляющим даже о короне. И тот факт, что, по словам Ирмы, проживет он еще минимум лет двести, сейчас радовал мало. Куда больше пригодились бы юношеская легкость и гибкость, но чего нет – того нет.