Между тем, Элка, которая, похоже, даже не поняла, каких бед едва не сотворила, презрительно скривила губы и небрежно махнула рукой:
– Там просто куча магов. Они свою посудину на плаву и держат.
– Тебя не почувствовали?
– Не-а. Слабаки.
– Ню-ню, поглядим, – неопределенно отозвался Торн, но в этот момент их прервали самым невежливым образом.
– Кхе-кхе…
Торн вновь обернулся, затем и вовсе развернулся, мощно, всем телом. Небрежно бросил Элке:
– За мою спину спрячься.
– Но…
– Бегом!
На сей раз девушка послушалась беспрекословно. Несмотря на общую избалованность и строптивость, она умела, если надо, подчиняться и хорошо чувствовала, когда наступает такой момент. Сейчас же он как раз требовал, чтобы Элка не путалась под ногами, ибо на палубе обнаружились капитан и почти вся его команда. Этих Торн не опасался совершенно, но позади толпы ненавязчиво маячили три знакомые хари. И если эти трое дворяне, а так оно, скорее всего, и есть, то пускай они хоть сто раз молокососы, какого-нибудь неприятного сюрприза от них дождаться можно запросто. Дворянин – элитный воин, который может оказаться опасным даже для оборотня. Так обстояли дела на родине Торна, и так же, скорее всего, было здесь. В подобной ситуации все же лучше, если девчонка не путается под ногами. Может статься, прикрывать ее окажется делом излишне обременительным, тут самому бы уцелеть. Вряд ли, конечно, морячки смогут представлять серьезную угрозу, но в свалке может случиться всякое. Эх, не вовремя она вышла.
– Я вас слушаю, капитан.
Небрежная поза облокотившегося о мачту и, казалось, не испытывающего ни малейших неудобств от качки и водяных брызг Торна могла ввести в заблуждение кого угодно. Вот только капитан «кем угодно» не был. Он уже видел пассажира в деле, причем совсем недавно. Не в боевой ипостаси, разумеется, и не зная о том, что Торн, в общем-то, не совсем человек. Однако даже без этих мелочей увиденное его впечатлило. Судя по его напряженно-печальной физиономии, капитан вот прямо сейчас предпочел бы оказаться от несдержанного пассажира как можно дальше, лучше всего на другом берегу океана. Увы, положение обязывало выказывать мужество, да и команда, столпившаяся позади него и сжимающая потные (отнюдь не от жары) ладони на рукоятях кортиков, придавала кое-какую уверенность. Абсолютно, надо сказать, неоправданную.
– Э-э… Я, конечно, понимаю…
– Короче, – Торна душил смех, но он постарался, чтобы это звучало как можно более грозно.
– Дело в том, что…
– Еще короче.
– Вали с моего корабля, придурок.
– Ну вот, теперь понятно, – улыбнулся Торн и засветил капитану в лоб.
У небольшого корабля и палуба маленькая, что может быть и недостатком, и преимуществом. Как сейчас, например. Высокие конфликтующие стороны из-за тесноты оказались совсем рядом, в пределах досягаемости, чем Торн незамедлительно и воспользовался. Кулак оборотня соприкоснулся с головой капитана, и та, издав характерный звук спелого арбуза, выпустила на волю сознание, будто птичку из клетки. Пока оно, неприкаянное, где-то там летало, хозяин кочана, в котором, по недоразумению, скрывался мозг, осел на палубу. Торн же прыгнул вперед и, прежде чем остальные успели отреагировать, прошелся среди матросов, будто пьяный в хлам смерч. Миг – и они лежат, а Торн, даже не потрудившись снять с лица улыбку, стоит, чувствуя, как уходит прочь секундное напряжение мускулов.
– Вот так вот, – оборотень небрежным движением отряхнул с рук несуществующую пыль. – Не стоит с нанимателем-то спорить, – склонился над бесчувственным капитаном, усмехнулся: – Я бы тебя с удовольствием обидел, но лучше, чем у природы, у меня все равно не получится. Эй вы, придурки. Взяли это чучело, сели дружно в шлюпку, и чтоб вас здесь я больше не видел. Даю три минуты, или до берега добираться будете вплавь. Время пошло.
Торн совершенно не собирался следить за тем, как щелкает стрелка часов. Управятся за три минуты – хорошо, нет – да и демоны с ними, он подождет. Вот только морячки-то этого не знали и, тут же перестав изображать бесчувственные тела, с невероятной скоростью принялись спускать шлюпку, не забыв и ту, на которой прибыли незадачливые наниматели, и вытаскивать из кубрика сундучки с вещами. Замечательно. Торн ухмыльнулся и переключил внимание на замерших с открытыми ртами незадачливых попутчиков:
– А вы чего стоите? Давайте, давайте, бегите отсюда, пока я добрый. А не то лодку вашу уведут, и придется вам до берега саженками плыть.
Старший из лихой троицы лишь развел руками и иронично усмехнулся, демонстрируя, что признает поражение. А вот один из молодых, тот, который привлек внимание Торна в начале разговора яростным обжиманием эфеса, заскрипел от ярости зубами и рванул-таки меч из ножен. Ожидаемо, хотя, откровенно говоря, Торн надеялся, что до этого не дойдет.