Откуда взялся второй противник, Ингвар понял не сразу. На то, чтобы сообразить, что тот стоял, прикрываясь завесой невидимости, ушло секунд пять. Хорошо замаскировался, такой маскировкой не то что на четверть эльфа – даже оборотня можно обмануть. Торна, кстати, если верить его рассказам, как-то даже и смогли.
Эффектно получилось, вот человека нет – а вот он уже есть. Пониже Амаля, чуть шире в плечах, одет почти так же, в удобную и прочную одежду свободного покроя, светлую, почти белую – в ином случае просто жарко. И стоит он рядом с Иллией, одной рукой деликатно придерживая ее за плечо, а второй держа у горла девушки широкий, замысловато искривленный нож.
Интересно получается, заклинание-то не из простых. Вряд ли местные маги способны так легко оперировать такими сложными и энергоемкими процессами, как-то отстраненно подумал Ингвар, наблюдая за противниками и испуганно сжавшейся принцессой. Очень интересно! Амаль же победно усмехнулся:
– Мальчик, брось свою железяку. Я, конечно, ее не боюсь, но к чему нам сложности? Отведем тебя к господину, а он уж сам решит, что с тобой, шустрым таким, делать. Давай-давай, бросай, а не то мы твоей подружке горлышко-то чик, чик…
– Абсолютно неумная угроза, – чуть подумав, с деланным безразличием отозвался Ингвар. – Вас за ней послали – стало быть, и хозяину вашему она нужна. Думаю, его вряд ли заинтересует хладный труп, а за провал операции, в которую вложено столько сил, может и сурово наказать. Что-то мне подсказывает, что как раз его-то наказания вы испугаетесь всерьез, а?
Противники быстро переглянулись, и по тому, как вытянулись их лица, Ингвар понял – угадал. Вот только угадал – не значит победил.
– Насчет трупа ты угадал, мальчик, – лицо Амаля стало жестким и злым. Как ни странно, это добавило ему естественности и перестало вызывать отторжение. – Но вот насчет того, что она должна быть целой и невредимой – про то ни слова сказано не было.
Нож моментально переместился чуть выше, царапнул девушке кожу.
– Хочешь, я ей улыбку от уха до уха нарисую? – голос того, который держал Иллию, оказался на удивление приятным. Этакий насыщенный, мужественный бас. Вот бы никогда не подумалось, что его обладатель готов так запросто воевать с женщинами. – Думаешь, не смогу?
Сможешь, сможешь, подумал Ингвар. Как раз в этом-то даже сомневаться не приходится. Урод… А с другой стороны, какая разница? Кто она ему? А потом поймал отчаянный взгляд девушки…
Ну да, кто она, онемевшая от ужаса девчонка? Всего-навсего случайная попутчица. Дура, кидавшая в него яблочными огрызками. А еще ухаживавшая, когда он пальцем шевельнуть не мог. И еще ученица, пускай пока что и номинально.
– Ох, чувствую, я еще об этом пожалею, – пробормотал себе под нос Ингвар и бросил палаш на песок. – Нате, сволочи, жрите.
Положа руку на сердце, фер’Аттач мог с уверенностью сказать, что им повезло. И корабль раздобыли, и помощью еще одного сильного мага заручились. По-настоящему сильного, вполне способного двоих магистров походя раскидать. И плевать, что на вид – девчонка девчонкой. Главное, она и впрямь способна на большее, чем они с Лансом. И, кстати, попутный ветер в паруса обеспечивала как раз она, причем незаметно было, что это стоит ей хоть каких-то усилий.
Однако, что интересно, сама она практически ни с кем не общалась. Точнее, нет, не так, поправил себя фер’Аттач. С магами не общалась. С матросами и штурманом кокетничала, но слегка, не переходя той едва уловимой грани, когда пара вскользь брошенных слов начнет восприниматься чем-то важным. При этом магов упорно сторонилась, да и вообще отдавала инициативу в разговорах своему громиле-спутнику.
Вот тот – да, интересный тип. Магией не пользовался ни разу, скорее всего, он ею и не владел. Зато одним видом мог убедить в своей правоте кого угодно. А уж как он фехтовал! Каждый день устраивал тренировки, не чинясь, давал мастер-класс морпехам. Один на один, против двоих, троих, четверых… Отточенная техника, великолепная реакция, и скорость движений какая-то нечеловеческая. А на прямой вопрос, зачем ему это надо, ответил по-простому: чем подготовленней те, кто будет рядом с ним в предстоящей заварушке, тем больше шансов выжить у него самого.
А вообще, конечно, хорошая у него жизненная логика. Добро и должно быть здоровенным и мускулистым. Чтоб, значит, у зла не только шансов не оставалось, но и вообще дурные мысли в голове не возникали. При таких габаритах неудивительно, что не злой – ему не требуется доказывать свою силу. Правда, тоже замкнутый немного, лишний раз не заговорит, но это уже его полное и неотъемлемое право.