— Все мы смертны, но я умру, зная, что вы тут творите.
— В Туманном Саду тебе эти знания не понадобятся, — засмеялась Глисия. — Но так и быть, я позволю тебе посмотреть.
Дориан ободрал себе все руки и плечи, протискиваясь в чудовищно узкие лазы вслед за мальчишкой-псарем и его маленькой собачкой. Наконец лаз закончился и впереди замаячил свет.
— Они там, — прошептал псарь.
— Можешь для меня кое-что сделать? — так же шепотом спросил Дориан, мальчишка кивнул, и инквизитор коротко изложил ему, что и как нужно сделать.
— Запомни, — шептал Дориан, держа руку на плече мальчишки. — Или Глава, или если тебя не пустят, попроси Филеро Фамистера и сообщи любому из них слово в слово, что я тебе сказал.
— А что будешь делать ты? — мальчишка не хотел уходить.
— Разберусь с этим, — Дориан кивнул на мерцающий впереди свет. — Иди!
— Но я могу быть полезен...
— Ты будешь более полезен, если сделаешь то, о чем я тебя прошу. Иди!
Мальчишка тяжело вздохнул, поднял собачку и тем же путем на корточках пополз обратно.
Когда его дыхание стихло в коридоре, Дориан пополз на едва заметный трепещущий впереди свет. Просторный, но значительно меньший, чем показанный ему Шалихи зал был заполнен людьми. Мориана он увидел не сразу и вид обнаженного инквизитора, единственной одеждой которого была черная тонкая повязка, болтающаяся на плечах, посмешил Дориана, но смех его прошел быстро, когда он увидел все остальное. На железном столе лежала обнаженная женщина, над ней склонился человек в черном, похожем на крылья бабочки плаще. Но и голая неподвижная женщина и черный плащ незнакомца и даже обнаженный наставник все это меркло перед тем, что увидел Дориан в клетках. Свесив ножки через прутья, и равнодушно наблюдая за происходящим, в клетках сидели бронзовые человечки. Их сверкающая кожа потускнела, серебряные маски покрылись трещинами, они больше не пели и не танцевали. Они сидели, молча, в зеленоватых облаках чего-то окружавшего клетки и как будто ждали чего-то.
Дориан продвинулся ближе, цепляясь за неровности стен и стараясь не привлечь внимание сгрудившихся внизу людей в рубищах и наемников в черном. Человек в плаще-бабочке наклонился над женщиной, прочитал заклинание. Дориан ощутил его силу, почувствовав, как кожу его обдало холодом. Но инквизитор лишь крепче вцепился в уступ стены.
Он слышал его шаги, он слышал веселый звон серебряного колокольчика, но не видел его самого. Смех бронзового человечка приближался, его песенка становилась все слышнее. Человек отстранился и дал сигнал, тут же один из стоящих рядом с Морианом людей похожих на статую ожил, двинулся в сторону, отбросил скрывающее клетку покрывало и поднял ее над головой.
Бронзовый человечек вошел в зал, по своему обыкновению пританцовывая. Не обращая внимания на собравшихся людей, он протанцевал к лежащей на столе женщине и вспрыгнул ей на грудь. Клетка со звоном опустилась на него и с шипением захлопнулась. Бронзовый человечек бился и хватался за прутья лишенными пальцев руками, но всякий раз, когда он прикасался к ним, клетку окружало зеленое сияние. Наконец он замер. Человек в плаще рванулся к женщине и прочитал еще одно заклинание. Она открыла глаза.
- Где я? — спросила она, глядя на окружающих ее людей.
— Ты помнишь свое имя? — спросил маг.
— Эдила, — ответила женщина. — А кто вы?
— Получилось! — выдохнул маг, и над его головой возникла радужная бабочка.
Дориан выхватил меч и прыгнул вниз.
Мориан привстал, в его голове не укладывалось то, что происходило. Он отчаянно желал помешать этому сумасбродству, но веревки впились в его кожу, крепко держа его на стуле. Клетка над телом Эдилы металась из стороны в сторону. Зал наполнился радостными криками собравшихся. Они поздравляли друг друга и обнимались, весело хохоча, а потому никто не увидел, как с потолка на них упала сама Смерть.
Дориан, без плаща, в коростах запекшейся крови упал вниз, словно всю жизнь и был самим ангелом смерти. Два наемника обратились в огненный шар еще до того как молодой инквизитор коснулся ногами пола, еще один, пронзенный молнией, отлетел к стене. Упав, Дориан откатился и, подобрав с земли что-то, метнул это в голову ближайшего парня в рубище. Тот пошатнулся, но не упал. Дориан вертелся как уж на сковородке, он резал, колол, творил заклинания. Ему удалось разбить одну клетку. Стоящий рядом с Морианом, человек со стеклянными глазами, тяжело повалился на пол.
И все же силы были не равны. Когда наемники сообразили, что происходит, у Дориана не осталось шансов. К тому же Глисия, радостно прослезившаяся после слов мага об успехе поднялась, ее руку окутало сиреневое сияние, и тонкая молния сорвалась с ее пальцев.