— А мне вот тоже интересно, — Мориан приоткрыл глаза и приподнялся.
— Человек с твоим опытом не должен задавать подобных вопросов, — Глава улыбнулся.
— Не знаешь, так и скажи, зачем на меня спихивать? — Мориан зацепил костлявыми пальцами крупный кусок мяса и снова закрыл глаза.
— Почему ты? — продолжал Глава. — Потому что ты — Видящий, и тебе было бы неплохо, завоевать уважение, в наших рядах поймав их. Хотя любовь окружающих завоевать тебе это вряд ли поможет. Любовь вообще странная вещь, часто то, что должно порождать уважение и почитание порождает только зависть, а следом за ней и ненависть. И тебе будет совсем неплохо научиться, не обращать на это внимание. Ну и, конечно, я как Глава инквизиции должен поручить это дело самым лучшим. А лучший здесь он, — он ткнул пальцем в Мориана.
Старый инквизитор хрюкнул и тихо пробормотал что-то, слов Дориан не разобрал. Зато их разобрал Глава и следующий несколько минут прошли в пикировке двух инквизиторов.
Дориан сидел, не вслушиваясь в тихий обмен колкостями старших товарищей. Он разглядывал отраженную витражами огромного окна картину. Он смотрел на медленно ползущие по полу разноцветные кусочки, и его рот открылся сам собой. Вот они сместились немного, линии на полу, которые казались до этого просто стыками камней, слились с ними и образовали рыцаря в сверкающих доспехах, вот над ним появился дракон, и рыцарь пронзил его копьем. Изображение на полу менялось быстро, и Дориан не понимал, как может свет окна так меняться.
Он так засмотрелся на это, что не заметил, как инквизиторы прекратили спор и теперь с умилением разглядывали его самого.
— Ты видишь картины? — наконец спросил Глава, и на губах его играла довольная улыбка.
— Вижу, — растерянно произнес Дориан.
— Ты просто клад, — Глава хлопнул себя по колену. — Как нам повезло найти такого человека!
— Это все моя заслуга, — Мориан, довольно щурясь, пригладил бороду.
— Ты же местный? — спросил Глава у Дориана, предварительно одарив его наставника тяжелым взглядом.
— Да, я родился в Альдее, но, когда отец окончательно ослеп, мы перебрались в Торсун к брату матери. Я вернулся два года назад и поступил на службу в инквизицию. Я всегда об этом мечтал.
— И в чем твоя заслуга? — взгляд Главы направленный на Мориана стал еще тяжелее, но Мориан проигнорировал его. — Теперь я отвечу на твой последний вопрос. Ах, да, про самоубийцу. Когда-то, очень давно, смерть не умела находить самоубийц и их души оставались в нашем мире. Они мстили тем, кто довел их до этого, и те тоже кончали собой и этот снежный ком рос, но мы его остановили. Теперь все не так, но с тех самых пор каждый самоубийца очень важен для инквизиции. Собственно из-за них мы и появились.
Дориан нахмурился, ему совсем не понравилось объяснение. Этого было мало! Но он решил не наседать на Главу.
— А теперь последний твой вопрос: зачем был суд? — Глава встал. — Пойдем, и захвати вино! — с этими словами он подошел к витражу и открыл незаметную в нагромождении разноцветных стекол дверь.
За дверью оказался широкий балкон, а под ним внизу лежал город. Вся Альдея была видна отсюда как на ладони. Балкон был огорожен высоким и широким парапетом, но, видя улицы под собой, Дориан вжался в стену. Его рубаха промокла от пота, а ноги стали ватными, и ему стоило огромных усилий удержаться на них.
— Тихо, тихо! — Мориан положил ему руку на плечо. — Это высота, мой мальчик, не стоит ее так боятся.
Ласковый ветерок раздувал бороду старого инквизитора и тот, подставив лицо солнцу, наслаждался. Морщины на его лице разгладились, а губы дрожали то, переходя в улыбку, то, глубоко и шумно всасывая прохладный воздух.
— Пришел в себя? — спросил Глава, повернувшись к нему и как-то по-мальчишески вскочив на парапет. — Посмотри на наш город, такого ты больше нигде не увидишь. Вон там, — он указал рукой в сторону, — замок нашего всеми любимого князя. Видишь вон тот огромный белый замок? Это он.
Дориан с трудом подошел ближе. Альдея раскинулась под его ногами. Он видел дворец князя, его взметнувшиеся к небу шпили, с развивающимися стягами на шпилях башен. За ним, едва заметный в дымке, полукруглый купол храма. Всякий раз, подходя к храму, Дориан замирал от величия строения, но сейчас храм казался ему маленьким, почти стертым замком князя. И это его не удивляло, замок хоть и был далеко от храма, но сейчас казался и больше и выше, построенный на вершине самого высокого холма Альдеи он доминировал над всем городом.
Храм же, построенный на выровненном холме, находился ниже и, хотя он был там единственным строением и путь к нему проходил по почти тысяче ступеней, храмовый холм уступал княжескому в размере.