Мориан подошёл к столу под окном, приподнял лежащие стопкой книги, пробежал глазами названия и вернул их на место. Отодвинув стул, он недовольно поморщился, глядя, как задняя правая ножка, жалобно скрипя, отошла. Он приподнял стул и легонько стукнул его об пол. Ножка осталась на месте, и Мориан, развернув стул к кровати, сел.
Темновато здесь. На улице вновь идет дождь, и серое низкое небо не пропускает солнце, а даже если бы оно ярко светило, свет его все одно не попадал бы сюда. Северная сторона, это плохо, зимой Дориан вымерзнет до костей. Надо побеспокоиться об этом, пока пушистые белые снежинки еще не кружат в небе Альды.
Дориан замер в дверях. На обнаженном плече его висело полотенце, стопы в кожаных мягких тапочках, на ногах старенькие, посеревшие от времени, короткие штаны, и не штаны даже — подштанники, а может исподнее, Мориану было все равно. Если не поднимать головы и не смотреть выше пояса, то можно было принять Дориана за попрошайку с одноименной улицы. Но над штанами красовались жесткие кубики пресса и алел свежий, еще не до конца заживший шрам. Торс молодого инквизитора словно был выточен из телесного цвета мрамора — сплошные крепкие молодые мышцы и не капли жира. Мориан с грустью взглянул на свой давно отвисший живот, и хотя в нем тоже было не много жира, но годы брали свое, и легкое брюшко у него было.
— Девки за тобой должны табунами ходить, — произнес он, улыбаясь.
— Как ты сюда попал? — спросил Дориан, ничуть не смутившись.
— Мои ключи подходят ко всем комнатам этого крыла, — плечи Морина чуть заметно дернулись. — Я просто открыл дверь, думаю, ты против не будешь, если твой старый наставник будет ждать тебя внутри на этом прекрасном, — он легонько стукнул по ножке, — стуле, а не на голом полу у двери.
— Против тебя не буду, но подходят только твои ключи?
— Мои и кастеляна, но этот вонючий старикашка никогда не поднимается выше второго этажа. И то делает это по строгой, а точнее крайней необходимости. И строгость, и крайность этого прописаны в сводах правил, и он неукоснительно им следует. Скажу тебе больше, он слишком ленив даже для того, чтобы просить кого-то сделать что-то вместо него. С другой стороны, если тебе понадобится белье, ты точно будешь знать, где его найти. А чего ты так напрягся, тебе есть что прятать?
— Прятать мне нечего, — Дориан вытер полотенцем мокрые волосы, — но я не привык, чтобы кто-то входил в мою комнату без моего разрешения. Тебе я его даю. Можешь входить, когда тебе будет угодно и, если желаешь, можешь обыскать тут хоть все. Кстати, на счет обыска, я не знаю кто тут жил до меня, но я нашел вот это, — Дориан порылся в мешке под кроватью и бросил на стол маленькую косточку, в серебряной оправе, исполненную наподобие монеты.
— Хм... — Мориан осторожно взял ее в руки и, повертев, вернул на стол. — Советую тебе ее сдать, я тебя обыскивать не буду, но на всякий случай лучше отдай ее.
— Я так и сделаю, — Ответил Дориан. — Она давно мертва и пуста, возможно, это родственник предыдущего хозяина.
— Тогда тем более сдай! Негоже, чтобы такое теряли. А у тебя есть амулет? — с интересом глядя, как Дориан приводит себя в порядок, как зачесывает назад темно-русые волосы, как осторожно надевает рубашку и как, морщась от боли, заправляет ее в штаны, спросил Мориан.
— Нет. Я был привязан к матери и к отцу, но не настолько, чтобы отрезать от них части. Я предпочитаю встречаться с ними в катакомбах, — его лицо посерело, а глаза потухли. — Жаль только, что катакомбы те чертовски далеко, — тихо произнес он и вдруг улыбнулся. — А ты? — карие озорные глаза молодого инквизитора с интересом смотрели в поблекшие глаза старика.
— А я никогда привязан к родне и не был. Большая часть их уже в катакомбах, а те, кто еще цепляется за жизнь, давно забыли обо мне и, надо сказать, что меня это устраивает.
— Значит, ты тоже один, — Дориан грустно улыбался. — Так, — он сел на кровать, подержав в руках, но, так и не надев плаща, — и с чего мы начнем возложенную на нас миссию? — спросил он.
— А ты прям рвешься в бой, — ответил ему улыбкой Мориан и, не дожидаясь ответа, продолжил. — Я вижу ты любишь читать, — он кивнул на книги на столе, — тогда оттуда и начнем. С библиотеки. Ты когда-нибудь бывал в библиотеке Альды?
Дориан покачал головой и довольно улыбнулся. Библиотека, в которой он никогда не был, но о которой столько слышал — хранилище всех знаний мира, скопившихся здесь за более чем тысячелетнюю историю Альдеи вот-вот распахнет перед ним двери. От ожидания у него перехватывало дыхание, и он был рад, что старый инквизитор молчал всю дорогу до библиотеки.
Мориан же молча, наблюдал, как нервно Дориан перебирает полы инквизиторского плаща, как горят глаза его ученика, как он, не замечая луж и капающего с неба дождя, едва не срывался на бег, и только окрики старика, не поспевавшего за ним, не давали молодости побежать.