— Вина не надо, мы не развлекаться сюда пришли, да и ты не ровен час, еще помрешь по дороге.
— У меня же теперь есть два помошника, и даже помошница, вот они и принешут. А?
— Без вина сегодня. Но если хочешь со мной выпить, я буду рад, только не здесь! Твои лесенки меня добьют!
— Мне вреден швежий вождух.
Библиотекарь усмехнулся и ушел, оставив инквизиторов наедине с книгами.
Дориан никогда не видел столько книг, полки уходили под самый потолок с три, а то и с четыре человеческих роста, и книги стояли на них в два ряда. Разноцветные корешки манили его спрятанными под ними историями и знаниями. Он был готов впитывать все, что только может предложить ему этот зал. Но, глядя на это пыльное буйство красок, он невольно подумал о том, каким образом тут можно что-нибудь найти. Он растерянно взглянул на старого инквизитора, тот неопределенно пожал плечами, поморщился, словно считая что-то, затем развел руками и указал на полку. Дориан подошёл к ней и снял первую попавшуюся книгу. Одного взгляда ему хватило, чтобы понять, что старые любовные истории в глупых, неумелых стихах, посвященные давно умершим дамам не то, что ему бы хотелось здесь найти. Он вернул книгу на полку. Взял следующую и снова поставил на место. Он не искал историю о самоубийцах, он толком и не знал что ищет, но когда в его руках оказался потертый черный фолиант о первых годах становления Альдеи, он растворился в нем. Буквы плясали, переписчик либо был болен, либо пьян, либо стар настолько, что засыпал прямо за работой. Пыль с толстых потрескавшихся, пожелтевших листов приходилось сдувать и всякий раз после этого, Дориан громко чихал.
Мориан улыбался, глядя, как молодой инквизитор глотает страницу за страницей, и довольно отмечал, что он еще в силах подтолкнуть кого-то в нужную ему сторону. Пока Дориан был занят историей княжества и получал ответы на мучающие его вопросы, Мориан методично изучал полки. Наконец он нашел то, что ему было нужно. Смахнув пыль с книги, он привалился к стене и погрузился в чтение. Собственно, ничего нового он там не нашел. Когда-то давно, на заре становления давно рухнувшей империи, сюда в Альду бежали от гнета тирана-императора все, кто мог бегать. Одними из таких беглецов были не то маги, не то церковники, утверждавшие, что могут поднимать мертвых, возвращая их к жизни. Нужно только, чтобы человек помер совсем недавно. Никого, конечно, они к жизни не возвращали, тела недавно умерших использовались ими для каких-то своих ритуалов, автор записей не хотел разбираться в тонкостях этого верования, а потому только упомянул, что они пытались кого-то воскресить, а тела были принесены в жертву их божеству. Религия эта не продержалась и года. Новых адептов в Альде, весьма трепетно относящейся к своим покойникам, найти им не удалось. А обманутые люди сожгли дом, где жили верующие, со всеми его жителями. Но само верование не умерло, и следующие сто или сто пятьдесят лет, кто-то периодически крал мертвецов и проводил ритуалы, но всякий раз этих психов удавалось быстро находить. А когда последний из проповедников был повешен, все закончилось.
— М-да, — простонал старый инквизитор, — и это все что ты можешь мне сказать? — он погладил книгу по корешку. — Ну давай, скажи еще хоть что-нибудь, — он открыл книгу, перевернул несколько страниц и закрыл ее. — Восемьсот лет назад их убили, неужели еще кто-то остался? Верится в это с трудом. Видимо, мне все же нужно будет попасть в Синий зал, — он постучал пальцем по корешку книги и поставил ее на полку. — Дориан, — позвал он, — ты как, малыш, интересное что-то нашел?
— И да, и нет, — Дориан тоже закрыл книгу и вернул ее на полку. — Теперь я понимаю, чем бегающие по улицам мертвые самоубийцы могут напугать, но я все равно не понимаю почему.
— Если бы увидел живого мертвеца с перерезанной шеей, я бы точно испугался, — хмыкнул Мориан.
— Я бы тоже, — Дориан засмеялся, подняв тучу пыли, и, закашлявшись, продолжил: — Но я не про то. Мне не понятно почему самоубийца не уходит сразу. Если человека убили, его огонь истлевает быстро, а если он убил сам себя, то тлеет долго и, оказывается, может и вовсе не погаснуть.
— Хвала Смерти, такого еще не происходило, — Мориан почесал лоб. — Это было бы крайне неприятно. Но! — он поднял палец, призывая Дориана молчать. — Но на наше счастье Смерть заботится о том, чтобы все умершие доставались ей. Она забирает огонь, чтобы потом, когда придет время, вложить его в другое тело. И наша работа следить за тем, чтобы этот круг не обрывался. Те, кто умирают своей смертью от старости в своей постели, не интересуют нас. Похоронные команды сами в состоянии разобраться с ними и доставить их в катакомбы. А вот те, кто погибает, будь то война или же пьяная драка, убийство или же самоубийство, они наши. Мы должны им помочь пересечь черту и отправиться в Туманный Сад. Но только самоубийцы могут встать сами без помощи некромантов.