— Почему Рик не рассказал мне об этом вчера? Ведь псина едва не обрушила вам дом.
— Ты же знаешь, иногда земля под моим домом ходит ходуном. Он не связал исчезнувшую собаку с теми ударами, а когда увидел, что на вас напали, поспешил помочь.
— Я, наверное, выглядел как дурак, размахивая мечом и пытаясь проткнуть пустое место, — усмехнулся Дориан.
— Вы просто стояли посреди улицы, пока на вас не выскочили молодчики в черном.
— Ах, вот оно как, — Мориан поднялся, размял ноги. — Ну что ж, малыш, все не так каким, кажется. И сейчас ты в этом убедился. Мы столкнулись не просто с иллюзией. Это маг. Маг способный принимать разные формы. Не было никакого пса, и убить нас он не хотел, а вот предупредить — да. Итак, что мы имеем, напуганная девочка, образ которой он использовал для демонстрации серьезности своих намерений, и пес, которого он создал. Хали, нам с тобой придется прогуляться до Дома Сестер. Ты покажешь нам эту девочку. Обещаю ничего больше. Ты только нам ее покажешь. Я даже говорить с ней не стану.
— Хорошо, — согласилась Хали. — Когда?
— Да, прямо сейчас, — лицо Мориана расплылось с довольной улыбке. — И все же вернемся к тому вопросу, с которым я пришел. Кто был у тебя в ту ночь?
— Панле, — сказала Хали.
— Панле? Курт Панле? — челюсть Мориана пошла вниз. — А кто второй?
— Мелискан.
— Первосвященник? Они кого-то брали?
— Это же бордель, — пожала плечами Хали. — Только ты приходишь сюда посидеть и потрепаться, все остальные с более приземленными целями.
— Это становится интересно. Маги, иллюзии, первосвященник в борделе. Как знать, что еще всплывет, пока мы ищем тех, кто похищает тела.
— Мы их не ищем, — Дориан поморщился, ему не нравилось, что они совершенно не занимаются порученным им делом.
— Представь, что будет, если мы вдруг начнем.
Дориан представил. И то, что всплыло в его воображении, ему совсем не понравилось.
Глава 11 Орлиная дивизия
За окном шумел дождь. Его тонкие струи медленно стекали по старому потрескавшемуся пузырю, проникая внутрь кельи, заставляя Дориана ежиться и кутаться в посеревшее от времени одеяло. Он сидел за столом, низко согнувшись, и медленно водил обернутой в пропитанную кислотой тканью палочкой по снятому с мертвеца ремню.
Мориан оказался прав, и ремень действительно был военным, об этом говорил сам пошив и сохранившаяся часть пряжки. На металле было видно несколько букв, но составить из них слова не представлялось возможным. Зато на коже буквы, хоть и хуже сохранились, но их было больше. Не спеша, шаг за шагом, тщательно и осторожно, он отвоевывал у времени и пыли, букву за буквой и, старательно повторяя изломы букв, переносил их на бумагу.
Свеча давно погасла, а в лампе почти выгорело масло, и келья его погрузилась в темноту, но Дориан продолжал работу. Ему, как магу, не нужны были ни свечи, ни лампы. Над столом, повинуясь едва заметному движению пальцев, скользил маленький магический огонек. Он не давал тепла, но света его вполне хватало, чтобы продолжать, медленно, шаг за шагом, отнимать у прошлого его тайны.
Очередная буква перешла на бумагу. Дориан закрыл глаза и откинулся на спинку стула. Деревяшки недовольно затрещали, сломанная ножка подломилась, и если бы Дориан не ухватился за стол, упал бы на пол. Держась руками за стол, повиснув в полупозиции, на трещащем и грозящем развалиться прямо под ним стуле, Дориан засмеялся, представив себя лежащем на полу. Конечно, в этом не было ничего такого, и мебель, бывает, ломается. Но если бы кто-то из непосвященных людей увидел развалившегося на холодном полу инквизитора в куче щепок, оставшихся от сломавшегося стула, по городу могли бы поползти слухи о пьянстве правящем бал в башне.
С трудом вернув себе горизонтальное положение, он заставил огонек подплыть ближе к ремню, внимательно проверил, не пропустил ли он букв и повернулся к бумаге. Письмена там, в точности повторяли узор на ремне. Многие буквы нанесены позднее, какие-то из них были кустарными рунами защиты, какие-то и вовсе не имели смыла, иных он попросту не понимал. Но посредине, там, где тиснение на ремне выполнено сделавшим его мастером, после определенных усилий можно был прочитать: «Сорок седьмая пехотная дивизия. Орлиная стая». И ниже старинными рунами, добавлено явно позже: «Мы падем на... врагов как...». На что или кого падут «орлы» прочитать было невозможно, надпись полностью стерлась, как и та, что должна была описать, как именно они падут.
Инквизитор нахмурился. Дориан любил историю. Он наизусть знал все события, что происходили во время войны некромантов. Он мог разбуженный среди ночи в подробностях нарисовать план каждой битвы той войны с номерами частей и их командирами. Но о сорок седьмой «орлиной» дивизии он не слышал никогда.