— И, да и нет, — Дориан лениво ковырнул появившейся перед ним кусок жареного мяса. — Если ты и правда был на той войне, то скажи мне, не слышал ли ты чего о некоей орлиной дивизии?
— Орлиной? — взгляд Стержака стал суров. Лицо заострилось, губы сжались.
Он смотрел на сидящего перед ним инквизитора, понимая, что молчание убивает его последний шанс избежать этого разговора. Столько лет он старательно избегал этой темы, и вот она сама пришла к нему в дом. Он и не сомневался, что это когда-нибудь произойдет, но очень не хотел, чтобы это время наступило сейчас. Слишком много у него иных проблем. И все же, видимо, сейчас ничем не лучше и не хуже чем было бы завтра или вчера. Стержак закрыл глаза, инстинкт самосохранения кричал ему, что необходимо соврать, но разум говорил, что надо ответить.
Джеко открыл глаза и встретился взглядом с сидящим напротив. Инквизитор же, казалось, догадался о причинах замешательства Стержака, и слегка наклонив голову, ждал.
— Дили, — тихо произнес Стержак, обернувшись к племяннице, — закрой тут все и никого не пускай. Свет погаси и иди спать!
— Но дядя...
— Я сказал! — голос Стержака приобрел стальные нотки. — Закрой все и спать! Так надо, милая! А ты, — он повернулся к инквизитору, — ты жди. Сейчас все закроем и поговорим.
Когда на окнах опустились тяжелые ставни, а племянница Стрежака, бормоча себе под нос непристойности, нехотя ушла наверх. Джеко проверил, плотно ли она закрыла дверь в свою комнату и, подхватив кувшин крепкого темного пива, вернулся к инквизитору.
— Я знал, что вы ребята, рано или поздно, придете за мной и по этому поводу, — сказал он, разливая пиво по кружкам. — Но честно скажу, я думал, это будет твой наставник, или кто-то пострашнее его. Но пришел ты, — он пододвинул кружку Дориану, а свою осушил наполовину и снова долил.
— Мне следует бояться? — спросил инквизитор, лишь прикоснувшись к кружке и повернув ее так, чтобы удобно было взяться за ручку.
— Возможно, — ответил Стержак, избегая встречаться взглядом с инквизитором. — Но не меня. Я не настолько глуп чтобы убивать инквизитора в своем доме. Или убивать инквизитора вообще. К тому же я настолько мало знаю, что эти крупицы вряд ли представляют угрозу. Само по себе знание, которым ты владеешь безопасно, опасно то, что другие думают о том, что знаешь ты.
Он вновь взглянул на инквизитора, тот кивнул, поняв, о чем речь.
— Ты спросил меня об орлиной дивизии. Но прежде, чем я тебе хоть что-то скажу: откуда тебе известно о них?
— Помнишь мертвеца у тебя на заднем дворе? — теперь уже Стержак кивнул. — На нем был пояс. Мориан сразу решил, что он военный, но прочитать ничего было нельзя. Я обработал кожу кислотой и разобрал надпись. Сорок седьмая пехотная дивизия, Орлиная стая и еще что-то похожее на девиз, но дописанное позже. Я искал о них информацию, но не нашел ничего. В библиотеке пусто. Никто, включая старого библиотекаря, никогда о них не слышал. Завтра пойду в военную канцелярию. Попробую найти что-нибудь там.
Стержак закрыл глаза и тяжело вздохнул. Его руки сцепились в замок так крепко, что костяшки пальцев стали белыми и Дориану показалось, что кости вот-вот прорвут кожу. Но трактирщик разжал руки. Открыв глаза, он смотрел на Дориана, слегка наклонив голову, и молчал, словно ждал, что молодой инквизитор скажет еще что-то. Но Дориану нечего было добавить к сказанному.
— Можешь ничего не искать, — тяжело вздохнув, сказал Стержак, вновь доливая себе до полной кружки. — Ты ничего о них не найдешь. Их не существует.
— Но мертвец? — не понял Дориан. — Его пояс?
— И пояс и мертвец вполне себе реальны. Знаешь, я тоже стоял со знаменем на городской стене Ачинера, но никто не помнит об этом ничего. Было очень нужно, чтобы один из многочисленных отпрысков семьи приближенной к князю занял мое место и вместо славы, я получил вот это, — он обвел рукой комнату. — И теперь, когда мое боевое прошлое осталось там, позади, я и сам начинаю думать, что это была всего лишь игра больного воображения. Видимо, я просто не хочу так жить.
— Какое отношение твоя нынешняя жизнь имеет к Орлиной дивизии?
— Ты прав. Никакого! Черт возьми! Ты прав! — Стержак засмеялся. — И я, я тоже не имею к ним отношения, но я кое-что знаю, и если моих знаний хватит, чтобы тебе помочь я поделюсь ими. Хотя, признаюсь, я этого не хочу. И так, как я уже сказал, их не существует.
Дориан сидел, низко опустив голову, не глядя на вольготно развалившегося перед ним Стержака. Трактирщик был спокоен и довольно улыбался, в то время как инквизитор никак не мог связать воедино все, что он только что услышал. Конечно, он знал и понимал, что без тайных операций не обходится ни одна война. Безусловно, он не раз слышал о людях, или даже частях, орудующих в глубоком тылу противника. Но чтобы такая часть существовала в Альдее, чтобы она была настолько секретна, что о самом ее существовании не знал никто. Такие слухи обычно распускаются в передовых частях для поддержания их боевого духа, особенно когда совсем плохо. Каждому нужна уверенность в том, что даже если бой почти проигран, на помощь могут приди люди-легенды.