Старег посторонился в дверях, пропуская инквизитора. Проводив Дориана взглядом, он посмотрел на растерянно сидящего, на кровати старика и, шагнув внутрь, сказал:
— Не беспокойся, наставник, с твоим подопечным ничего не случится.
— Да об этом я и не беспокоюсь, — ответил Мориан. — Он в состоянии за себя постоять. Даже перед тобой, — усмехнулся он. — А вот о том, что ты научишь его чему-нибудь плохому — еще как.
— Бегать за девками, ты научишь его и сам, — Старег улыбнулся в ответ. — Кстати, — его взгляд стал мрачным, а улыбка сползла с лица, — при случае, передай от меня привет Хали. — Тень набежала на его лицо, он тяжело вздохнул и вдруг добавил: — Скажи ей, что я не знал, и я найду того, кто сделал это с Налитой.
— Ты? — удивился Мориан.
— Я! — признал Старег.
— А я думал, что ты... — Мориан закусил губу.
— Не интересуюсь никем и ничем кроме своих покойничков? — Старег грустно улыбнулся. — Инквизитор, я некромант, а не некрофил.
Мориан понимающе кивнул: живое тело, и живое общение не заменит ничто, тем более для такого человека, как Старег. Он был последним из известных некромантом, а возможно и действительно последним. И никто в здравом уме не желал с ним иметь дел. Налита была для него находкой и отдушиной.
— Она жива, — сказал Мориан. — Но я не знаю подробностей. Хали отправила ее к Сестрам.
— Не забудь передать Хали мой поклон, — Старег закрыл дверь, оставив инквизитора один на один с мыслями о двух видящих ушедших вместе.
В подвале, в абсолютно пустой комнате, прямо на каменном, покрытом мраморной крошкой, полу лежали два обнаженных тела. Одного из них Дориан узнал по огромному синеватому, покрытому короткими черными волосками, наросту на бедре. Второго он не знал, хотя лицо его и казалось смутно знакомым.
Старег вежливо, слегка поклонившись, впустил его внутрь, и плотно закрыв дверь, провернул ключ в скважине. Затем дернул дверь, удовлетворенно крякнул и, сделав ключом еще пол-оборота, оставил его в замке. Дориан поежился, но его успокаивало то, что Старег ровным счетом никак не отреагировал меч, висящий на поясе инквизитора. Если бы он хотел убить, то, наверное, выбрал бы для этого более простой способ, впрочем, от последнего некроманта мира можно было ожидать чего угодно.
Старег обошел мертвецов, присел на корточки возле их голов и разгладил волосы на лбу обоих. Затем наклонился и прильнул ухом ко лбу сперва священника, а затем и второго.
— Знаешь их? — поднявшись, спросил он.
— Этот, — Дориан кивнул на тело, — священник, он исповедовал Цирицию перед смертью. Мы опрашивали его, о смерти доктора. Этого не знаю.
— А это тот, кто убил священника, — вздохнул Старег. — И мне очень интересно, зачем он это сделал. А точнее кто ему приказал. А тебе?
— Что?
— Тебе интересно?
— Я не знал, что священник был убит. Когда демон выпрыгнул из склянки, я попытался остановить его тварей, но остановили они меня, и я ничего не видел.
— Знаю. Мне рассказал твой наставник.
Старег с интересом смотрел на молодого инквизитора, и Дориана не покидало чувство, что тот копается в его голове.
— Скажи, Дориан, ты уже видел Смерть?
— Если ты спрашиваешь, видел ли я, как кто-то умирает, то да. Если же тебя интересует, видел ли я бронзовых человечков, то я тоже отвечу да. Одного из них совсем недавно в этом доме. Он забрал одну из придворных дам.
— Я, — вздохнул Старег, — спросил тебя, видел ли ты Смерть, и ты мог бы просто ответить «да», но вместо этого ты нагородил огород.
— Простите!
— И определись, будешь ли ты обращаться ко мне на «ты» или на «вы». Мне больше по душе первый вариант. Так видел ли ты Смерть, Дориан?
— Видел.
— Тебе понравилось то, что ты видел?
— Мне сложно сказать. Она прекрасна, но цель ее ужасна.
— Ты любишь людей?
— Тех, кто не сделал мне ничего плохого.
— А таких много?
— Иногда встречаются.
— Вымирающий вид.
— Наверное. Всем слишком сложно жить.
— И потому они должны, точнее могут, творить зло?
— Никто не может творить зло.
— Уж не ты ли определишь, что является злом?
— Нет. Не я! Я лишь служу закону! Все определяет закон.
— Он слеп.
— Как и мы все.
Старег засмеялся, и любовно погладил мертвого священника по голове.
— В тебе есть то, чего не хватает многим инквизиторам. В тебе есть вера. Я не буду говорить, правильно ли то, во что ты веришь. Но ты веришь, и внутри свей веры ты прав. Они тоже. Этот, — он погладил священника по лбу, — верил, что Смерть даст ему легкий и бесплатный пропуск в Туманный сад. И еще в то, что Церковь защитит его. Как видишь, он ошибался. А во что верил этот, — он погладил убийцу, — мы сейчас узнаем. Помоги мне, — он бросил Дориану веревку. — Свяжи ему руки, так чтобы они лежали у него на груди. Затем вставь вот это, — он протянул Дориану бумажку исписанную рунами, — ему между пальцев, так, чтобы даже если он захотел его выкинуть, он не смог. А я пока попытаюсь вспомнить, как все это делается. Давненько мне не приходилось говорить с мертвецами. Возможно всякое. Будь готов к неприятностям. И расстегни кольцо, нам может понадобиться твой меч.