— И еще, — мальчишка задумался. — Не знаю, важно ли это, но всякий раз, когда вы вдвоем или по отдельности покидали башню инквизиции, следом за вами выходил длинный тощий старик с кривым носом. Он смотрел, куда вы пошли, затем возвращался внутрь, поднимался в боковую башню, открывал окно и выпускал птицу.
— А ты не знаешь, куда эти птицы летели? — спросил Мориан.
— В сторону княжеского дворца.
— Спасибо! — Мориан встал. — Ты нам очень помог. Ах, да! — он хлопнул себя по лбу. — Я совсем забыл, те люди, которых ты хотел убить, они не убивали твою сестру, но они скрыли преступление и теперь раскаиваются в этом. Они готовы отдать тебе тех, кто совершил это с ней. Правда, я думал ты будешь несколько крупнее и значительно старше. А так же сильнее.
— Он сам еще не понимает собственной силы, — шепнула Шалихи на ухо Мориану.
— Позаботься о том, чтобы он понял и правильно использовал, — так же шепотом ответил ей Мориан и, погладив мальчика по голове, добавил: — Я сообщу тебе, где и как ты сможешь удовлетворить свою месть.
— Я больше не хочу их убивать, — вдруг произнес мальчик. — Но мне бы хотелось, чтобы они ответили за смерть моей сестры. Прости, инквизитор, но не мог бы ты позаботится об этом сам? Я бы хотел остаться здесь. У меня здесь друзья.
— Сделаю! — пообещал Мориан, задумавшись о том, что он мог бы получить с Панле и Мелискана, если сохранит жизнь их родственникам. И на то они пойдут, чтобы не допустить огласки. Впрочем, если обличенные силой и властью дядюшки не пойдут на уступки, он не будет против, если у палача добавится работы.
Дориан же думал о том, что услышал и узнал за последние дни. От напряжения у него на лбу пролегла широкая морщина. Он отчаянно пытался сложить в голове кусочки информации, что противоречили и дополняли друг друга одновременно. Кто-то, он не знал кто, крадет трупы, чтобы что-то с ними сделать, а потом выбрасывает как отработанный материал. За ним и Морианом следит какой-то старик из числа инквизиторов башни и шлет послания на княжий пятачок, хотя не известно шлет ли он их до сих пор, после того, что произошло в доме князя. Похоронщик торгует телами умерших, и, почти наверняка, именно он сообщал парням в рубищах об умерших внезапно. Видимо в этом тоже есть какой-то глубинный смысл и те, кто погиб или умер своей смертью, не устраивали тех, кто проводил эксперименты над телами. То, каким образом в этой схеме мог быть замешан Аридали Рили было не понятно, как не понятно, зачем нужно было убивать доктора и священника. Если только его самая первая догадка не оказалась правдой, и все это затевалось для того, чтобы украсть тело Леди Цириции. Но для чего и зачем?
Впрочем, если предположить, что она жива и ее смерть не больше чем инсценировка, то несколько нестыковок уходят, однако появляются другие. Теперь они знали, что демон, выпущенный в доме князя, лишь инструмент, использованный для того, чтобы убить всего одного человека, все остальные только случайные жертвы, но в этом Дориан тоже был не уверен.
Зато Мориан прямо источал уверенность. Пока его молодой напарник внимательно слушал мальчишку, старый инквизитор успел составить план действий. Его мало интересовало, кто и зачем что-то делал. Основываясь на своем многолетнем опыте, он знал, что понимать это необходимо, но если нет понимания и доказательств, но есть подозреваемые, надо дать им возможность совершить ошибку. В каждой даже самой успешной схеме, есть прорехи и у него теперь имелось как минимум два человека, на которых следовало надавить и посмотреть, что из этого выйдет. А выйти могло многое, в том числе и ничего. Однако к этому Мориан был не готов. Он не привык получать за свои усилия ничего.
— Идем! — он потянул Дориана к выходу. — Нам предстоит множество не самых приятных дел. Когда нас ждет Старег?
Имя некроманта вызвало в Шилихистилии гневную реакцию, и ее капюшон расправился, а изо рта вырвалось шипение, но она овладела собой, лишь из-под сдвинутых бровей взглянув на инквизитора.
— Завтра, — ответил Дориан, растерянно глядя на Шалихи.
— Значит, время еще есть. Бегом в башню! Шалихи, не одолжишь ли ты нам свой экипаж? Мне бы хотелось немного поспать, прежде чем оторвать негодяям их безмозглые головы.
Дориан посмотрел на наставника, его не оставляла мысль, что Мориан не только принял решения о дальнейших действия, но и знал больше чем был готов сказать. Он послушно покинул дом женщины-змеи, послушно сел в экипаж и, последовав примеру Мориана, закрыл глаза. Пара часов на сон, не слишком много, но гораздо больше чем ничего. Тряская дорога помогла разогнать мысли и уснуть.