– У тебя странные определения. Мы работали в группе, стихию захватили… моя потеря – ничто в сравнении с ценностью добычи.
– Кому как, – загадочно улыбнулся Риз. – Я такую потерю ни за что бы не допустил…
– Камень в огород моей команды? Я им сама приказала уходить. Может ты не заметил, но у меня неплохо получается руководить своим экипажем…
– Хммм… – Волан хитро прищурился, явно что-то задумывая. Что конкретно, стало понятно через мгновение: – Надо проверить… прикажи мне что-нибудь.
– Но ты не член моего экипажа…
– Надо тебе усложнить задачу… – будто не слыша меня, упорствовал Риз, наступая.
Пришлось сделать пару шагов назад. Деревянная панель стала досадливой неожиданностью.
Близость энера меня смущала.
– Не напирай, – вытянула я руку, пытаясь остановить это преследование. Голос дрогнул от накала.
– Плохо приказала, – заключил Риз, чему-то очень радуясь.
Помня, что энергетический вампир на ура читает эмоции своего оппонента, скривилась.
– Я не шучу. Отвянь…
– М-м, – Волан отрицательно качнул головой, резко сокращая последние сантиметры.
Когда его горячие губы накрыли мой рот, я пискнула от неожиданности.
В голове будто салют разорвался.
Не буду заливать, что за двадцать два года я до сих пор ни с кем не целовалась – это была бы слишком явная ложь, тем более что Волан уже ловил меня в тёмном алькове, но девственность до сих пор оставалась при мне. Да и смелых, которые целенаправленно пытались сорвать с моих губ поцелуй, было не так много.
Поначалу их было много. В основном, это те, кто не знал, что я – та самая Мара – капитан той самой «Зари», или же пьяные придурки, решившиеся на спор в отношении меня козырнуть своей пьяной харизмой.
Все они получали нехилую отдачу тут же, поэтому к моим двадцати годам желающих прилично поубавилось.
Так вот – такие нежелательные поцелуи, кроме как отвращения, ничего хорошего во мне больше не вызывали. Моя девственность, скорее всего, именно из-за этого имеет место быть до сих пор, но вот горячие, пахнущие ягодным морсом губы Риза сильно подкашивали выработанный за пять лет рефлекс, настойчиво возбуждая любопытство.
Когда в рот скользнул язык Волана, я и думать забыла, что у меня есть какая-то там задача, что я должна Ризу приказать отойти подальше. Да я сама вцепилась в энера, как в родного!
Робко коснувшись ответным жестом настойчивого языка, охнула, когда Волан крепко сжал мои ягодицы, приподнимая над полом. Внизу живота скрутило от томления.
Стоило обхватить мужские бёдра ногами, как Волан резко отстранился, опуская меня на пол. Чтобы позорно не свалиться, прислонилась к стенке деревянной панели.
Рваное дыхание не позволяло унять заполошное сердцебиение. Мне оставалось понадеяться, что громыхающий пульс слышен только в моих ушах.
Риз какое-то время стоял с закрытыми глазами. Это позволило привести себя в порядок: поправить несколько выбившихся прядей, застегнуть почему-то нараспашку расстёгнутую рубаху и как следует проморгаться, прогоняя витающие перед глазами мушки.
«Кошмар! От такого поцелуя и ослепнуть можно!»
– Я, – хрипло начал Волан, – я пойду. Спокойной ночи… завтра дорисуем с утра… Спать пора… да… и смерть… – рваные реплики энера жутко смешили. Пришлось прикусить губу, чтобы не нарваться на дикую неудовлетворённость, которую Волан так старательно пытается сдерживать. – Со смертью начнём тренировки прямо завтра. У меняя есть одна идея… До завтра…
Риз бесшумно вышел из каюты и чуть не заехал в лоб стоящему под дверью Кристиану.
Без каких-либо слов, Волан подхватил моего старпома за шиворот, как котёнка, и растворился с ним в вихре воздушной стихии, бросив на прощание:
– Мистер Гор… есть разговор.
Оставшись одна, дала волю смеху, не удержавшись от своеобразной рифмы капитана «Грома».
«Он… он – удивительный!»