- Для начала просто завари этот мерзкий чай с ромашкой… Пока я схожу в туалет.
Судья кивнула. Нехотя выпустила дочь из рук и подошла к веселому оранжевому чайнику, послушно исполняя ее просьбу. Олег полез в шкафчик, достать сахарницу и вазочку с печеньем. За спиной раздался приглушенный шепот:
- Даже не надейся, что тебе удалось меня одурачить! Может, ты и хочешь использовать мою дочь, как инкубатор, но я-то знаю, что сама она тебе и даром не нужна!
Олег спокойно развернулся, ловко сгружая все на стол:
- Вы ошибаетесь. Я люблю Юлю.
- Твои слова такие же фальшивые, как и ты сам.
- Повторяю, Вы ошибаетесь. И когда-то вам придется забрать свои слова назад.
- Когда рак на горе свиснет! – рявкнула Нина Васильевна, нацепив на лицо улыбку – Юлька вернулась в кухню.
- Мам, ты опять? – вздохнула та.
- Нормально все, малышка. Ты с медом чай будешь?
- Подожди… Сначала меня проводи, – попросила Нина Васильевна.
Девушка нерешительно глянула на Олега, который как-то сразу понял, что она не хочет оставаться с матерью наедине, из опасений, что та снова примется чернить мужчину. У него даже от сердца отлегло. Значит, не разучился он Юльку читать. Понимать с полувзгляда. Значит, и со всеми остальными непонятками разберутся. Рано или поздно.
- Да, не будет больше лекций. Пойдем…
Пока Юля провожала мать, Олег успел накрыть на стол.
- Ну, вот. Опять ты все сам…
- Ну и что, Юль? Мне не трудно. А тебя тошнит, и совсем не до того.
- Никакая из меня хозяйка, – зашлась девушка в приступе самобичевания. – И вообще… Прости меня за мать…
- Ну, ты что, Юлька? Ну-ка, иди сюда…
Олег усадил любимую на диван, и обнял за плечи. Погладил шелковистые волосы, поцеловал за ухом:
- Ты не должна за нее извиняться. Она просто волнуется за тебя. Это естественно.
- Она наговорила тебе кучу гадостей. И все эти несправедливые обвинения…
- Вполне справедливы, если посмотреть на них под другим углом. Она права – я недосмотрел. Я не женился. Я много чего не сделал из того, что должен был!
- Если бы я прислушалась к твоим словам, и рассказала ей обо всем сразу, тебе бы не пришлось слушать все эти оскорбления.
- Или, если бы ты вышла за меня. Юль… Давай поженимся, а? Ну, несерьезно это все, правда… Мне же не двадцать лет – жить без всяких обязательств.
- Формальностей, ты имеешь в виду…
- Да, какая разница! – Олег принялся ласково водить ладонью по еще совсем плоскому Юлькиному животу.
- Большая. Давай не будем об этом, а? – жалобно попросила девушка.
Вот! То, о чем он и говорил. Ну, ничего. Он все исправит. Найдет выход из положения.
Глава 22
Юлька лежала в объятьях самого любимого мужчины на свете и боялась вдохнуть. Хотя, наверное, стоило. Ей нужно было думать о ребёнке, который абсолютно точно нуждался в кислороде. Девушка тихонько втянута воздух. Это было так необычно, ежесекундно думать о чьём-то благополучии, ставить его превыше самой себя и собственных интересов.
Тело затекло, и Юля осторожно перевернулась на другой бок. Машинально рука Олега, обхватила её за талию, накрывая низ живота. Каждый раз, когда он так делал, сердце девушки замирало в груди, и сладкая патока разливалась по венам. У них будет малыш! Малышка, если верить Олегу, который был твердо убежден в том, что у них будет дочь. Юлька до сих пор не могла поверить, что все обернулось именно так. Что её недавняя мечта стала реальностью. Пусть и не совсем так, как того хотелось, но все же… Вот он. На соседней подушке. Но это только сейчас. К окончанию ночи Олег все равно сместится на ее территорию, оплетет руками и ногами, как самый большой собственник на планете, не оставив Юльке иного места, кроме своих сильных рук. Вот бы так было всегда! Юля зажмурилась и легонько провела кончиками пальцев по его коротко подстриженным волосам. Он остриг их совсем недавно, и ей было ужасно жаль… С отросшими волосами Олег казался более… земным, что ли? А вот так, с модной, дорогой стрижкой – он походил скорее на преуспевающего бизнесмена, чем просто на ее парня.
Её мужчина… Он так много ей предлагал! Сулил счастье, манил несбыточным. И тем самым, сам того не понимая, вбивая ей в сердце ржавые гвозди. Вся ее жизнь теперь была одними большими качелями. Взлет вверх, и неминуемое падение. И снова к звездам… Больше всего на свете Юлька хотела забыть о гордости, и согласиться! Заключить такой себе компромисс с собственным «я». Не вспоминать о причинах, побудивших Олега связать с ней свою жизнь. Обмануться, поверив в его любовь. Но каждый раз, когда она уже готова была прогнуться, что-то внутри удерживало её от этого шага. Возможно, понимание того, что это будет уже не она. А какая-то совсем другая, незнакомая девушка. И это страшило больше всего. Внутренний мир Юли был слишком подвижен, и единственное, что в нем оставалось статичным – это её представления о собственной личности. Перевернись оно с ног на голову, и что бы от нее осталось?