Разговор с Грецовым занял несколько минут. Михаил Дмитриевич понял все с первых же слов.
— Танкисты должны выступить сегодня, — напутствовал его генерал. — Хотя бы частью сил, но непременно сегодня!
Чтобы не терять времени, Грецов рискнул подняться в воздух на У-2. Летчик опытный, проскользнет низко над землей, ныряя в овраги.
Поглядывая в небо, где одна группа фашистских самолетов сменяла другую, Павел Алексеевич ругал себя — зачем разрешил?! Правильно говорит Баранов — война не последний день, никогда не следует горячку пороть.
И вдруг — звонок из Зарайска. Не прошло и двух часов, а Михаил Дмитриевич уже на месте, в курсе всех дел. Докладывал быстро и, как всегда, обстоятельно, с точными цифрами. Главная новость — на железнодорожную станцию прибыли два отдельных танковых батальона, которые обещал Верховный Главнокомандующий. Всего у них сорок шесть танков, но в строю пока восемнадцать легких машин. У КВ и Т-34 мелкие неисправности, их устраняют на месте.
— Кириченко подтянул машины?
— Еще нет.
— Михаил Дмитриевич, начинайте с тем, что у вас в руках. Подчините себе мотострелковый батальон — и немедленно вперед! Держите связь с Осликовским, усиливайте свой отряд за счет прибывающих и отремонтированных машин.
— Будет выполнено.
— Среди танкистов наверняка много новичков. И тех, кто только отступал. Они боятся, не знают своих сил и возможностей. Сломайте этот психический барьер. Для начала нужен успех. Хоть маленький, но обязательно. Вы поняли?
— Да, да! Все понял, понял! — звучал в трубке далекий голос Грецова.
Павел Алексеевич вытер платком лоб — жарко. В комнату то и дело входили офицеры связи. По телефонам поступали доклады из частей, ведущих бой. Непрерывным потоком лились сверху указания, распоряжения, запросы и уточнения. На столе быстро росла стопка бумаг. Теперь, когда улетел начальник штаба, весь поток информации направлялся непосредственно к Белову. На него обрушились десятки, сотни вопросов, хоть и важных, но в общем-то второстепенных, отвлекавших от главного, от управления боем.
— Товарищ генерал, вас Соколовский к прямому проводу!
— Генерал-майор Белов слушает.
— Товарищ Белов, чрезвычайное происшествие: осажденная Тула перестала получать ток с Каширской электростанции. Остановились заводы, дающие боеприпасы. Линия высокого напряжения между Тулой и Каширой не повреждена. Надо искать повреждение на самой станции. Из Москвы послана группа инженеров. Распорядитесь встретить их, организуйте охрану. Электростанция на вашей ответственности.
Еще одна забота! Надо побывать там самому. А на вокзал — грузовик и отделение автоматчиков.
Немцы не бомбили ГРЭС, видимо, берегли для себя. Даже странно. Поблизости грохочет бой, рвутся снаряды, бомбы, горят дома. А высоченные трубы станции дымят преспокойно.
Неподалеку от ГРЭС, возле какого-то оврага, на машину Белова спикировал самолет. Мелкие бомбы цепочкой легли впереди вдоль шоссе. От осколка или от камня треснуло ветровое стекло. Шофер затормозил. Павел Алексеевич прикрикнул:
— Не задерживаться! Только вперед! Скорее вперед! Возле станции безопаснее.
— Трубы им мешают бомбить, — попытался шутить шофер, с трудом разжав губы.
Возле проходной Белова встретили рабочие с винтовками. Проводили в котельное отделение. Там все в порядке, люди на местах. Сменные инженеры Фильченков и Каплан работали на распределительном щите. Сюда же пришел и директор ГРЭС Тараканов, с которым Павел Алексеевич виделся у секретаря горкома.
— Москвичи только что подъехали, — сказал директор. — Пойдемте обсудим положение вместе.
— Нет, ремонтом занимайтесь сами. Что вам требуется от меня?
— Надежная защита. И, если можно, саперы-специалисты.
— Пришлю стрелковую роту. За специалистами направьте представителя в инженерный батальон.
— Спасибо. У вас как?
— Каширу защищают гвардейцы.
— Мы уже знаем. Рады, что конная гвардия родилась в нашем городе.
Павел Алексеевич простился с директором и поспешил на командный пункт. Полтора часа был он в отъезде, за этот срок наметились ощутимые перемены.
В каждом сражении, в каждом бою обязательно окажется какое-то место, на котором сосредоточивается внимание враждующих сторон, возле которого разгораются особо горячие схватки. Обычно такими местами становятся господствующие высоты, перекрестки дорог, удобные для обороны населенные пункты. На подступах к Кашире такой точкой притяжения стала высота 211, что неподалеку от деревни Пятницы.