– Посижу тут у вас чутка? – извиняющимся тоном произнёс гость, – устал с дороги.
– Да, конечно, – спохватилась Марианна, – может чаю? Каша ещё не скоро будет.
– Почему бы и нет, – согласился мужчина, – Карпов моя фамилия. Дядя Саша можете звать. Хотя, для вас уже, наверное, дед Саша, – усмехнулся он.
– Ну какой вы дед? – улыбнулась Марианна, – молодой ещё совсем.
– Какая молодёжь воспитанная, – расползся в довольной улыбке Карпов, – это приятно слышать. А вы?… – обвел он ладонью присутствующих.
Подростки по очереди представились, а Юля подвесила на крюк котелок с водой. Гостю налили чаю из термоса и возле костра на некоторое время воцарилась неловкая тишина.
– А вы из Липовой колоды? – нарушив спокойствие спросила Юля.
– Почему из Колоды? – недоумëнно взглянул на неё поверх кружки Карпов, – местный я.
– В смысле местный? – нахмурилась девушка, – если верить гугл-картам, других деревень поблизости нету.
– Вот и доверяй технологиям, – вздохнул гость, – здесь совсем рядом деревенька есть. Невры называется. Вот я оттуда и есть. Шёл мимо, слышу музыка, думаю – дай зайду, посмотрю, а тут вы. Вот такая история.
– Как называется? – переспросил Лёня? – Невры? Странное название… А что оно значит?
– Это очень старое название, – задумчиво произнёс Карпов и, сцепив пальцы в замок, уставился немигающим взглядом в костёр. В его выцветших глазах заиграли сполохи пламени, а рыжие усы точно зажглись огнём, – есть легенда, – продолжил он, – что здесь, прямо на месте этого леса, была когда-то целая страна под названием Неврида. И жили в ней наши общие предки, древние белорусы. Невры, так они себя называли. Были они превосходными воинами и никого не пускали на русские земли. Если верить легенде, то они во время боя могли превращаться в волков, завращавшись на месте. И сильнее их не было никого, – Карпов замолчал, и никто не смел разбить воцарившуюся тишину, только дрова тихо потрескивали на пылающих алым цветом углях, – вот как вы думаете? – словно вынырнув из какого-то транса спросил рассказчик, – почему все войны всегда через нас шли? – он оглядел притихших подростков и сам ответил на свой вопрос: – здесь всë просто – кто владеет Невридой, тот владеет всей Русью. А в рабство нас взять хотят с древних времён. Ведь нет лучшего работника, чем русский человек. Вот как по-английски будет раб, кто знает?
– А slave! – выпалила Марианна, вскинув вверх руку, будто на уроке.
– Правильно, – кивнул Карпов, – а почему? Откуда такое слово появилось? Это производная от слова «славянин», – тут же пояснил он, – и ходили на наши земли… – он закатил глаза и со вздохом покачал головой, – вот например, аж в шестом веке до нашей эры скифский царь Арианта пришёл нас завоевать, и что? – Карпов многозначительно обвëл взором слушателей.
– Что? – тихо спросила Юля.
– Ну что? – хохотнул рассказчик, – получил дротиком в жбан и уехал домой в катафалке!
Все дружно рассмеялись, и сразу почувствовалось как спадает появившееся с приходом вечернего гостя напряжение.
– Самое важное, – продолжил Карпов, – что с завоевателями сражались не только воины-невры, с ними сражалась вся Неврида!
– Это как? – нахмурился Лёня.
– А вот так, – загадочно прикрыл глаза мужчина, – место это непростое. Сама природа встаёт здесь против неприятеля. Лешие, озерницы, цмоки, кикиморы болотные, кадуки, костомахи… В общем, вся сила Невриды бьёт врага, поэтому и стоим мы на белой земле веками, никому не сдаëмся. Нет на земле никого сильнее русского воина.
– Русского? – переспросила Юля.
– Ну а кто такой белорус? – развëл руками Карпов, – как президент сказал, а? Телевизор-то смотрите иногда?
– Дядь Саша, – ухмыльнулся Лёня и, сморщившись, потëр пальцем нос, – ящик сегодня только старпëры смотрят.
– А вот сейчас было обидно, – вмиг посерьëзнел Карпов и провёл пальцами по щëточке усов.
– Да ладно, чего вы? – виновато улыбнулся парень, – я же рофлю просто, не всерьёз.
– Чего ты делаешь? – с ироничной ухмылкой переспросил гость, – ты хоть при всех не признавайся.
– Ну… Блин… Рофлю – это значит прикалываюсь, шучу, угараю.
– М-да… – поджал губы Карпов, – что ж вы, молодежь, с русским языком творите-то? Для вас Пушкин его создал и на блюдечке поднёс. Нате, пользуйтесь, а вы… Рофли какие-то у вас, хайпы, пранки, – сокрушëнно помотал он головой, – куда катитесь?
– Так кто такой белорус? – вкрадчиво переспросила Юля, – что президент сказал?
– Белорус – это русский со знаком качества, – подняв вверх указательный палец многозначительно отрапортовал Карпов, – он, конечно, рофлил, когда это говорил, но, как говорится, в любой рофле есть доля правды.