В этот момент Ренна наклоняется, повернувшись ко мне спиной, и я кончаю прямо на ее штаны. Стыда нет, я просто кончил. Да и доверяю я Ренне, уверен, она не будет смеяться над моим конфузом. Молча стою и жду дальнейших приказов, не пытаясь как-то оправдаться. Первой молчанье нарушает Вал:
- Ренна, а это не слишком? Да и зачем тебе пачкать одежду?
- Для гидроманта моего уровня убрать пятна семени минутное дело, а мне нравится когда он кончает прямо на меня. - Внезапно щелкнув пальцами, женщина продолжает обращение. - Тебе нравится эта игра. Ты сама готова кончить в любой миг.
- Мне нравится эта игра. Я сама готова кончить в любой миг. - Тут же согласилась воительница.
- А ты что застыл, Роланд? Зелье еще действует, так что давай отжимайся.
За следующие несколько часов, я провел целый комплекс физических упражнений: за отжиманием шла накачка пресса, за ней снова приседания, потом подтягивания на дверной перекладине, а потом все начиналось сначала. Каждый раз, Ренна в последний миг подставляла под мое семя собственное тело. Исключением были отжимания, тогда я просто изливался на пол.
Вся испачканная, рыжеволосая аристократка, однако, была крайне довольной моим уставшим видом. Каким-то образом силы для оргазмов еще оставались, но вот для упражнений мне было уже слишком плохо.
- Ладно, хватит. - Я, было, подумал, что сейчас Ортан таки раздвинет передо мною свои ноги, но вместо этого она отправила меня в ванную. - Иди ополоснись, я уже заказала бочку. Пока отмокаешь фантазируй о моем теле.
Фантазии были самыми разными и весьма извращенными, - я искренне старался выполнить пожелание, вспоминая всякие эротические элементы из прошлой жизни. В комнату я вошел вновь возбужденным. Видимо, чтобы не пачкать комнату, Ренна так и не села ни в кресло, ни на кровать. Вместо этого, она стала на колени, и, выпрямив спину, потребовала:
- Немедленно кончи мне на лицо. Ты очень возбужден и у тебя все получится быстро.
Мне удалось выполнить ее просьбу в рекордные сроки: уже пару минут спустя она аккуратно убирала белую массу с глаз. Все это время я неотрывно смотрел на своего командира, даже не обращая внимания на яростно онанирующую в стороне Вал.
- Так. Я иду мыться. Ты, Роланд, ложись спать и забывай-забывай-забывай.
- Забываю-забываю-забываю.
Подхожу к кровати, укрываюсь тонким одеялом и отключаюсь.
Почему-то у меня болят все мышцы, хотя таскал не так уж и много. Очевидная необходимость заняться своей физической формой, похоже, встала ребром. Так дальше жить нельзя, - нужно прокачать физические статы. И, поскольку тратить на такое очки статистики будет феерической глупостью, придется засесть за физическое развитие.
Подтягивания, там, или таскания тяжестей.
Пока же я только и могу, что плестись вслед за женщинами, искренне надеясь, что в этот раз покупки будут полегче, а процесс их приобретения покороче.
Мы как раз проходили через рынок живого товара. Не рабский, - он чуть в стороне, и туда я идти не желал, дабы не сделать глупостей, - а зоологический. Тут были выставлены немногочисленные модифицированные химерологами животные, просто чудовища, уже успевшие вписаться в экосистему и не требующие для своего создания усилий от магов, да и самые обыкновенные дикие звери.
Место экзотическое и дорогое. Большинство приходили сюда не покупок ради, а просто поглазеть на диковинки. Понимая этот факт, ратуша сделала вход в это крыло рынка платным, пусть и не дорогим. Мы же втроем решили заплатить по пять медяков с лица, благо деньги несерьезные, чтобы посмотреть на чудищ заморских (буквально).
Тут оно и произошло.
Сначала шибануло ужасом и предсмертной агонией.
Потом один за другим разумы начали гаснуть, выкладываясь в собранную из чужих смертей дорожку, приближающуюся к нам.
А потом прямо перед нашей тройкой выпрыгнуло нечто.
Эта зверюга больше всего напоминала огромного комодского варана, ростом выше меня на голову и неопределимой длины. Так еще и какой-то злой гений приварганил этой гадине на кончик хвоста огромную покрытую шипами костяную булаву. В магическом зрении существо аж светилось, - не знаю было ли оно разумным, но магии в нем было как в мастере, и складывалось ощущение, что этой силой оно могло пользоваться.