Прошло минуты полторы, и парень почувствовал, как по телу Фувы прошла дрожь, словно её слегка передёрнуло. Доктор рассмеялась и легонько толкнула девушку пальцами в плечо.
– Сходи уже в туалет, – сказала она бете. – Чего терпишь-то?
Хёка оторвала лицо от Диминого плеча и посмотрела на неё затуманенными глазами.
– Это нормально, – пробормотала она. – Терпимо.
– Какое "терпимо", я сама сейчас из-за тебя обсикаюсь! – хохотнула доктор, слегка округляя от удивления глаза́.
– У меня сильный сфинктер, – возразила Фува, но тем не менее поднялась на́ ноги, отпуская Диму и разрывая с шатенкой контакт.
Маганэ вздохнула с явным облегчением и опустила но́ги вниз, отыскивая стопами свои туфельки и проникая в них пальцами.
– Ты разве не можешь управлять эмпатией и отключать её по своему желанию? – спросила учёная, слегка наклонив голову на бок.
– Могу, – подтвердила гамма. – Но, когда чувства сильные, мне отключиться от них непросто. Легче разорвать с человеком контакт физически.
– Ясно.
Диму никто уже не держал, однако он не спешил подниматься. Юноша сидел на коленях, прижимаясь щекой к бедру леди, и любовался её блестящей от смазки киской, покрытой ёжиком коротких волос. Он смотрел и тащился от столь соблазнительного вида, а Маганэ расчёсывала пальцами волосы у него на голове.
– Всё-таки вы классные ребятки, – вновь рассмеялась она. – Так здорово с вами удовольствие получать. Такой спектр приятных эмоций. Просто класс.
– Ты чувствовала, как я пыхаю? – полуутвердительно уточнила Фува.
– Ага, – хихикнула гамма. – И это было супер. Первый раз испытываю такой необычный… кайф, смешанный с чувством малой нужды, – с удовольствием вспомнила она свои впечатления. – А ты рисковая девчонка, ко́ли не боялась обсикаться.
– У меня сильный сфинктер, – повторила её собеседница. – Я могу и более острую нужду терпеть.
– Тебе нравится так пыхать?
Хёка задумалась на секунду.
– Понравилось, – ответила она. – Но в тот момент я просто не хотела прерываться. А тебе понравилось?
– Да. Но я не рискнула бы сама себе такое устраивать. Боюсь напрудить в самый ответственный момент, – хихикнула доктор. – Мне больше нравится сквиртовать, поэтому я предпочитаю заблаговременно освободить свой внутренний резервуарчик.
Маганэ сжала шевелюру парня и оторвала его от своей ноги.
– Боги, Танукичи! Ты снова возбуждаешь меня своими чувствами, – рассмеялась доктор. – Ох, какой плохой мальчик. Хватит уже пялиться мне между ног.
– Может, ты его оседлаешь? – предложила Хёка. – Время ещё есть.
– Не-э-эт, не сейчас, – проворковала шатенка, глядя на юношу маслеными глазами. – Средство пока не подействовало, а разряжать Танусика в презик я не хочу. Пусть спермы побольше будет в нужное время. А иначе её может не хватить для катализации.
Дима встрепенулся.
– Значит, ты всё же думаешь, что я – катализатор? – спросил он.
Маганэ потрепала парня по волосам с улыбкой на губах и покачала головой.
– Не думаю, – ответила она. – Но проверить всё равно надо. И я имела в виду, что для достоверности теста ты должен быть хорошо заряжен.
– Ясно.
– Кстати, спасибо тебе большое, Танусик, – поблагодарила доктор. – Ты офигенно делаешь куни. Я от тебя просто торчу.
– Да я так… – смутился Дима. – Просто мне очень нравится. Я сам наслаждаюсь. Так что спасибо и тебе.
– Вот именно, – подтвердила гамма. – Наслаждаешься. И от твоих чувств я балдею не меньше, чем от ласк. Именно от них кайф становится очень сильным. Я вообще от вас обоих в восторге. Ты, Хёка-тян, с виду такая спокойная, но когда твоё хладнокровие прорывают эмоции, они мне напоминают торнадо!
Фува выслушала её с бесстрастным выражением на лице, но в глазах учёной угадывалась заинтересованность. Пото́м её снова передёрнуло, и она сказала:
– Всё-таки мне надо в туалет. Маганэ-тян, у тебя не будет какой-нибудь ёмкости больше литра и желательно со шкалой? Хочу замерить объём мочи.
– Будет конечно, – ответила гамма и поднялась из кресла, оставляя Диму сидеть на полу.