– Не-э-э-эт! Точно нет! – простонал парень. – Мы уже часа два кувыркаемся, а способность пыхать ко мне так и не вернулась.
– Подозреваю, что дело как раз в том, что ты не отдыхаешь, – пояснила Маганэ. – Вероятно, что та энергия, которая должна накопиться в тебе для катализации, расходуется на поддержание эрекции. Это лишь моё предположение, но его можно проверить. Танукичи, помнишь, как после небольшого перерыва в са́мом начале нашего марафона твой огурчик самостоятельно затвердел? Так вот, я думаю, а что будет, если дать тебе пару часиков отдыха? И к тому времени как раз подействует препарат, который приняла сестрёнка. М?
– Это хороший эксперимент, – поддержала бета. – Я за то, чтобы дать отдохнуть Окуме-куну. Проверим, как восстанавливаются силы катализатора. В любом случае отдых Танукичи необходим. Он совсем вымотался.
– Да, так и сделаем, – согласилась гамма. – Мне очень любопытно проверить, что получится. Ну что, Хёка-тян? Пойдём искупаемся? Хотя… мне, кажется, надо отлить. Сбе́гаю в туалет и присоединюсь к тебе.
– Знаешь, сестра, мне тоже надо, – бесстрастно сообщила Фува.
– Хе-хе, так это ж прекрасно. Пойдём вместе, дорогая. В компании пи́сать веселее.
– Нет, – отрицательно мотнула бета головой, пристально глядя на Диму. – Я хочу взять оплату, которую Танукичи мне задолжал.
– Что, прямо сейчас? – удивилась доктор. – Давай пото́м, а то я обсикаюсь.
Юноша вздохнул и вяло улыбнулся.
– Мой долг как раз и связан с этим самым делом, – пояснил он гамме. – Хорошо, Фува-тян, я готов, можешь начинать. Только, пожалуйста, не целься в лицо, ладно? Можешь на любую часть тела попи́сеть, кроме моей физиономии.
– Хорошо, – согласилась девушка взволнованно и, перешагнув через парня, встала над ним.
– Ого! Как интересно! – весело сверкнула глазами Маганэ и приготовилась смотреть.
Хёка раздвинула пальцами пушистые дольки своей писечки, оголяя её розовую сердцевину, и выпустила тонкую, но тугую струйку, которая угодила Диме в грудь и заставила его затаить дыхание. Вода слегка вреза́лась в поверхность кожи, массируя её горячим напором. Это чувствовалось колко, но довольно приятно. Девушка очертила струйкой соски парня, спустилась ею на живот, обвела по кругу пупок и проникла в него, затем переместилась на член и прошлась по его мягкому стволу.
Молодой человек охнул и задрожал, чувствуя, как в члене его вновь появляются необычные токи и тот начинает набухать, увеличиваясь в размерах.
– Ух ты! Даже через струю передаётся связь! – изумлённо воскликнула доктор. – Как прикольно!
Хёка тоже была впечатлена, поэтому остатки своего жидкого заряда израсходовала на мужское достоинство, добившись его полной эрекции.
– Это что же получается, сестрёнка, – хихикнула Маганэ. – Ты пометила Танукичи как свою личную территорию? В таком случае я тоже должна это сделать, ведь он – наша общая собственность.
– Я не против, – согласилась Фува.
– Эй, зато я против, чтобы на меня пи́сели! – возмутился молодой человек. – Мы так не договаривались!
– Смирись с неизбежностью, парниша, и расслабься. Я всё равно тебя помечу, теперь это дело принципа. А если тебе так требуется причина, то считай, что ты мне тоже задолжал. Я помогла тебе почувствовать себя крутым мачо, а это дорогого сто́ит. Или ты со мной не согласен?
Дима открыл и закрыл рот, проглатывая свои возражения. Действительно, гамма сделала ему знатный подарок. Он был просто безмерно ей благодарен, поэтому да, справедливо было теперь заплатить по счетам.
– Ох, действительно задолжал, – вздохнул юноша и улыбнулся. – Ну ничего не поделаешь. Только условия те же. Пожалуйста, не целься в лицо.
– Да-да, – мурлыкнула довольная леди и встала над ним, слегка разведя свои длинные но́ги в стороны и присаживаясь в коленках. Она на пару секунд замерла, расслабляясь, и из её пушистой киски с громким клокотанием вырвалась столь толстая струя, что у парня от её захватывающего вида сердце восторженно сжалось. Маганэ обоссала Диму мощно, как лошадь, изливаясь долго и сладостно, постанывая от удовольствия. И, естественно, изрядная доля золотистой жидкости благословила мужской член, вновь подняв его в вертикальное положение.
– О-о-ох! Ка-а-а-айф! – простонала доктор, томно прижмуривая глаза, а пото́м рассмеялась. – Ну и чего ты упирался, чёртов извращенец? Тебе же очень понравилось!