– Да, давай, – согласилась девушка, и Дима возобновил свои движения.
Сейчас он ощущал себя немного странно. Чувствительность его члена словно бы слегка притупилась, и рост удовольствия происходил гораздо более медленно, чем в первый раз. Словно это не Хёка кончила только что, а он сам. Тем не менее, начиная поглаживать и ласкать тело девушки, парень ощутил прилив удовольствия. Постепенно оно становилось более объёмным и сильным.
«Как интересно, – с удивлением думал молодой человек, продолжая плавные фрикции снизу-вверх. – Я ласкаю Хёку, а удовольствие получаю сам? Это какие-то фишки катализатора?»
Одна его ладонь стала гладить девушке грудь, нащупывая затвердевший сосок, пальцы другой руки́ опустились к клитору, принимаясь поглаживать упругий и скользкий штырёк, и томная услада начала быстро нарастать в теле парня.
«Наверно, это какая-то связь! – с восхищением думал Дима. – Может, энергия удовольствия Хёки втекает в моё тело и приносит блаженство мне? Господи! Как это приятно! Но… Чёрт возьми! Это так необычно! Мне определённо нравится быть катализатором!»
Молодой человек вновь стал чувствовать приближение оргазма и всеми своими действиями начал направленно его ускорять.
«Ох! Боже! Боже! – мысленно стонал он, ощущая накатывание мощной лавины. – Ну всё, Хёка, я уже совсем скоро! Сейчас-сейчас!»
– А-а-ах! – выдохнул парень вслух, но налетевшая на него лавина… словно бы промчалась мимо, даже краем его не зацепив.
Дима снова остался без оргазма, а вот тело девушки содрогнулось новыми импульсами блаженства, и изо рта её вырвался крик наслаждения, который она поспешно заткнула ладонью.
– Как так? – обескураженно прошептал молодой человек, испытывая сильное изумление, которое тем не менее быстро топилось охватывающим его восторгом.
Хёка стенала и взбрыкивала, сидя на Диме верхо́м, а он прижимал её к себе, не позволяя свалиться, и блаженствовал вместе с ней. Взяв в ладони раскрасневшиеся щёчки подруги, он запрокинул её лицо, освещённое мимикой экстаза, и слился с девушкой в нежном поцелуе. И это словно подбросило жара в горнило удовольствия, продлевая его и расцвечивая новыми яркими красками.
– Ты просто офигенно пыхнула, – шепнул юноша, когда Фува стала затихать и обессиленно прилегла щекой на его плечо, обнимая Диму руками за спину.
– Ты-то сам почему до сих пор не пыхнул? – тихо спросила она.
– Не могу понять, – удивлённо ответил парень. – Вроде чувствовал, как пых приближается, а в итоге… пыхнула ты.
Хёка оторвалась от Диминого плеча и внимательно заглянула ему в глаза.
– С са́мого начала ты делал мне приятно, – сказала она. – Как будто хотел, чтобы пыхнула именно я. Гладил меня здесь и здесь, – Фува коснулась пальцами своей груди и промежности. – И от этого мне становилось только приятнее. Но я ведь уже пыхнула один раз, и мне этого хватило. Мне нужно было, чтобы пыхнул ты. Зачем было доводить меня снова?
– Но я как бы… – растерялся молодой человек. – Чувствовал, что именно мне приятно… Поэтому… Я думал, что это мне поможет…
– А когда я пыхнула, ты чувствовал это? – с интересом спросила у него учёная.
– Д-да… – с запинкой ответил Дима, осознав вдруг, что и в первый, и во второй раз сопереживал оргазм подруги. Причём во второй раз тот ощущался даже сильнее.
– Всё ясно с тобой, Окума, – спокойно констатировала девушка, и лицо её вновь скрыла маска непроницаемой кудэрэ.
«Если бы здесь с нами находилась Маганэ, – продолжила она телепатически, – объяснение твоих ощущений было бы очевидным. Но поскольку её нет, то остаётся признать, что в тебе просыпается дар эмпатии, катализатор».
«Как? – не поверил девушке Дима. – Я что же, гаммой становлюсь?!»
«Не думаю, – безэмоционально ответила ему подруга. – Но твои глаза́ теперь такого же цвета, как у нашего доктора. Не значит ли это, что к тебе перешла и часть её дара?»
Парень изумлённо приоткрыл рот, и Хёка закрыла его, надавив пальцами снизу на подбородок.
«Это самое вероятное объяснение, – резюмировала она. – Но его, конечно же, ещё надо проверить».
Фува взглянула на часы и вздохнула.
– До пары осталось всего пять минут, и мне очень надо, чтобы ты пыхнул.