– Но… но… я не знаю, смогу ли… сейчас.
– Сможешь, – коротко ответила учёная, глядя на него нечитаемым взглядом. – Только в этот раз я обо всём позабочусь. Просто расслабься и получай удовольствие. Я сделаю всё сама.
Сказав это, девушка рывком наделась на член парня до са́мого основания и туго сдавила его своим влагалищем. Дима даже слегка застонал от лёгкой боли и ощутимого удовольствия, которые одновременно возникли в его теле и, причудливым образом переплетаясь, подталкивали возбуждение вверх.
– Не двигайс-с-ся, – прошептала Хёка, совершая бёдрами ритмичные фрикции, и от звука её го́лоса у молодого человека мурашки побежали по спине.
Он просто млел от восторга, глядя в бесстрастные немигающие глаза Фувы, и эта безэмоциональность девушки сейчас просто неимоверно его заводила.
– Что ты чувс-с-ствуеш-ш-шь? – продолжила шептать она, гипнотизируя парня своим взглядом. – Я тебе кого-то напоминаю?
– А-а-ага, – хихикнул юноша со смесью восторга и страха. – Змею́, которая поймала добычу и собирается её съесть.
– О да! Я с-с-смея! – вновь прошипела Фува, изгибая гу́бы в хищной улыбке.
«А-а-а-а! До чего же круто! – мысленно простонал Дима. – И как она только догадалась, что я от всего этого прусь!»
Он чувствовал приятное трение своего дружка о тугие и мокрые стенки женского лона. Каждый толчок девушки отдавался импульсом удовольствия у него в паху, но одновременно с этим движения Фувы казались парню не совсем правильными. Он просто физически чувствовал, что следует немного поправить угол вхождения, слегка сдвинуться вбок, погладить её по груди и спине, помять попку, и тогда наслаждение только возрастёт. Парень даже начал своё движение и тут же охнул от крепкого сдавливания, устроенного ему подругой.
– Не двигайс-с-ся, – повторила она, растягивая шипящие звуки, от которых у Димы вновь сонм мурашек пробежал по спине. – Ты моя жертва, ты в моей влас-с-сти, – продолжала она тихо шептать, не останавливая свои ритмичные фрикции ни на секунду. – И с-с-сечас-с-с я тебя вос-с-сьму.
Гипнотизируя Диму бесстрастным взглядом рептилии, Хёка трахала его, крепко стиснув в своих объятиях, словно в змеиных кольцах. Она продолжала играть роль девушки-змеи, и это очень возбуждало парня. Неожиданно словно какая-то стена в его сознании рухнула, и он почувствовал мощные волны удовольствия, пронизывающие его тело с каждым толчком бёдер зеленовласой девчонки.
«Ох, боже!» – изумился молодой человек.
Фува двигалась очень правильно, просто идеально выверенно. И ускоряла она ритм самым оптимальным для удовольствия парня образом. Диме казалось, что подруга основательно прожаривает его на сковородке кайфа и от этого каждая клеточка в его теле от счастья шкворчит. Ощутив себя почти у самых врат рая, юноша подсознательно попытался оттянуть свой неминуемый конец. Но Хёка неожиданно схватила его ладонью за горло и снова зашипела как рассерженная змея:
– Не с-с-сопротивляйс-с-ся! Отдайс-с-ся мне! Пых-х-хни! Придуш-ш-шу!
У Димы словно взрыв в башке произошёл от столь неожиданной агрессии подруги. Её ладонь не крепко сдавливала его шею и даже почти не затрудняла дыхание, однако ощущение беспомощности, которое парень испытывал при этом, чувство, что вот сейчас Фува держит его жизнь в своих руках, разом сломило остатки его сопротивления и заставило полыхнуть от острого блаженства, пронзившего его от паха до макушки головы.
– А-а-а-ах! – невольно вскрикнул молодой человек, содрогаясь всем телом, но Хёка заткнула ему рот второй ладонью и заглушила звуки, превратив их в сдавленное мычание.
Диме казалось, что его просто разрывает токами наслаждения, настолько остро они чувствовались, и он не сразу осознал, что девушка сотрясается вместе с ним и сладко стонет, вжавшись лицом в его плечо. Вагина её судорожно пульсировала вместе с его членом, но словно бы отставая на полсекунды, реагируя на выплески семени, орошающие её изнутри.
Медленно подняв голову, Хёка окинула парня взглядом, затуманенным удовольствием, и приникла к его губам в долгом поцелуе.
«Боже! Какой кайф! – мысленно простонал Дима. – это что-то просто невероятное. Что-то такое… как с Маганэ вчера. Наверное, катализация всё-таки произошла. А иначе… это не чувствовалось бы так… приятно…»
Фува ещё продолжала легонько подрагивать. Казалось, её бил слабый ток, но постепенно все её мышцы расслабились, и Диму тоже стала охватывать томная нега. Он гладил девушку по спине, зарывался пальцами в её волосы и балдел, всё больше и больше погружаясь в нирвану. Наконец молодые люди затихли и замерли в неподвижности. Прошло чуть больше минуты, и Хёка, подняв голову, посмотрела Диме в лицо.