Фува тем временем продвигалась вверх по правой ноге Димы, оставляя на ней мокрые отпечатки после каждого прикосновения.
– Да, ты права́, – сказала учёная ровным голосом, и лицо её вновь было невозмутимым. – Пальцы на руках надо будет обязательно проверить, но я сделаю это чуть позже. Есть ли разница между сигналами от правой и левой ноги?
Хёка достигла самой верхней части правого бедра Димы и остановилась в этом месте, плотно прижимаясь к нему своей промежностью.
– Нет, – ответила доктор на вопрос беты, – всё симметрично. По крайней мере, на глаз. В области коленок наблюдается минимум. Хотя практически вся нога от голеностопного сустава и до середины бедра составляет одно широкое плато слабых сигналов, слегка превышающих фон. Просто в районе колен они самые слабые. А вот с середины бедра сигналы начинают возрастать, и там, где ты сейчас находишься, дорогая, они составляют примерно двадцать процентов от того, что ты получила на пальцах ног.
– Понятно, – сказала Хёка и продолжила свои изыскания.
В этот раз девушка продвинулась по правому боку Димы до его живота и по кругу обошла член, который, к слову, был уже твёрд и полностью готов к работе. А пото́м Фува стала рисовать концентрическую спираль своей мокрой киской, постепенно приближаясь к мужской ипостаси. И чем ближе от промежности парня она прикасалась к его коже, тем более сильный ток он ощущал.
Достигнув лобка Димы, Хёка остановилась и посидела немного верхом, прижимаясь ягодицами к пульсирующему от возбуждения члену. Юноша чувствовал столь сильное возбуждение, что ему хотелось проникнуть в лоно учёной немедленно. Ему сейчас, пожалуй, и пары фрикций было достаточно, чтобы кончить. Тихонько постанывая, он стал тереться возбуждённым копьём о мягкую попу одногруппницы. Та поспешно встала, слезая с постели на пол, и вновь вызвала у парня разочарованный стон.
– Отдохни немного, – сказала Фува, переводя дух и пытаясь вернуть своему лицу невозмутимость, которая была вновь нарушена мимикой удовольствия. – Мне тоже потребуется небольшой отдых.
– А может быть, проведём катализацию, а? – жалобно попросил молодой человек.
– Извини, Димочка, мне нужно закончить зондирование до того, как ты пыхнешь, – ответила учёная, бесстрастно взглянув на него. – Потому что пото́м твои сигналы могут измениться.
– Ох, боже, – вздохнул парень и прикрыл глаза. Он пытался дышать глубоко и ровно, чтобы вернуть своему телу спокойствие.
В этот раз прошло минут пять, наверное, прежде чем возбуждение Димы полностью спало и его орудие вновь стало мягкой сосисочкой. Всё это время девушки что-то увлечённо делали на ноутбуке и, похоже, уже даже стали обрабатывать записанные кривые, накладывая их друг на друга и сравнивая.
Но вот наконец учёная обратила на юношу своё внимание и вновь приблизилась к нему.
– Продолжим эксперимент с того места, на котором остановились, – сказала она и уселась верхом на живот парня. Правда, в этот раз расположилась к Диме спиной. Так, чтобы видеть его член.
Киска девушки прижалась к лобку молодого человека, и тот почувствовал уже́ знакомый ток. При этом мужской орган стал быстро увеличиваться и наливаться твёрдостью.
– Ого! – подала голос доктор со своего места. – Что там у тебя происходит?
– Мужской огурец твердеет, – невозмутимо ответила учёная, – хотя я не прикасаюсь к нему своим лоном.
– Это уже точно новый эффект, – с интересом отметила Маганэ. – Вчера в сауне такого не было.
– Да, это новый результат, – подтвердила бета и, приподнявшись на ногах, коснулась своей киской головки члена, который уже наполовину затвердел.
Дима охнул, ощутив резкое усиление приятного тока, и копьё его быстро поднялось вверх, с большой скоростью достигая полной эрекции.
– Вау! Вот это эффект! – восхитилась доктор. – Сигналы раза в три сильнее, чем от пальцев ног. Определённо, огурчик катализатора – это самая активная его точка.
– Головка огурчика, – поправила её учёная, которая уже́ скользила стремительно намокающей киской по твёрдому стволу к его основанию. И, к Диминому сожалению, она делала это наружной частью своей киски, не вводя мужской меч в свои мокрые ножны.