* * *
После па́ры Дима зашёл в туалет, закрылся в кабинке, чтобы справить неотложные дела, и минуту спустя оказался невольным свидетелем разговора троих парней, которые, пристроившись к писсуарам, стали обмениваться слухами, не зная, видимо, что кроме них в туалете ещё кто-то есть.
– Эй, слышал про такое? – сказал один из них. – Если долго носить бельё девушек, х… то есть он отвалится.
– Да ну?! – удивился второй. – А мне говорили, что если носить женское бельё, то грудь вырастет.
– А что вы на это скажете, пацаны, – вклинился в их разговор третий. – Если девушка начнёт качать мышцы, то между ног у неё отрастёт эээ… ну он. Короче вы поняли, да?
А Дима стоял над унитазом и ухмылялся. Всё было точно так же, как и в аниме. Ученики академии Такиока не блистали знаниями в интимных вопросах.
«Придётся их просвещать», – подумал молодой человек. Троица студентов тем временем вышла из туалета, и он хотел уже было покинуть кабинку, но в этот момент вошли ещё два парня, и Дима решил остаться, чтобы послушать, о чём те будут говорить, если будут.
– Ну что, как твоя нога, Сота? Всё ещё болит после растяжения? – послышался юношеский голос.
– Почти уже не болит, – ответил второй парень. – Но в медкабинет мне ходить приходится. Вот и сегодня после занятий пойду. Доктор Маганэ продолжает осматривать меня и помогать с этой травмой.
«Хе-хе, милая Маганэ! – вспомнил Дима зубастую девушку из другого аниме [1]. – Прикольное имя. Надо бы посмотреть на местную врачиху. Интересно, как она выглядит».
– Продолжает помогать? – уточнил тем временем приятель Соты. – И что же она делает?
– Ну… вроде прощупывает мышцы на предмет болевых ощущений. Ещё делает массаж. Она каждый раз очень тщательно меня осматривает. Даже не знаю, зачем. Но массаж мне нравится. Поэтому я и не возражаю.
«Оба на, – заинтересовался Дима. – Прощупывает мышцы, значит? Любопытненько. Глянуть бы хоть одним глазком, как она это делает. Меня посещают смутные сомнения, что здесь присутствует только медицинский интерес».
Услышав, как парни направляются к выходу, Дима сообразил, что надо бы узнать, как этот Сота выглядит. Он открыл дверь кабинки, вышел из неё и увидел парочку второкурсников, идущих в сторону двери. Один из них был шатеном, а другой брюнетом.
– Кхм, Сота-семпай, – бросил Дима им вслед, и шатен обернулся, недоумённо посмотрев на него. На секунду позже остановился и обернулся брюнет, а пото́м оба парня слегка напряглись, узнав в собеседнике всем известного новичка из школы с худшими моральными устоями.
– Извините за беспокойство, – дружелюбно обратился Дима к шатену. – Я тут случайно ваш разговор услышал и вспомнил, что мне надо зайти в медкабинет по разным формальным делам. Но я не знаю, где тот находится. Вы ведь всё равно после занятий туда пойдёте, Сота-семпай. Не прово́дите и меня тоже?
– Провожу, – пожал плечами шатен. – Мне не сложно. Последняя пара у нас заканчивается в час тридцать в четыреста третьей аудитории. Я могу возле неё Вас подождать.
– Спасибо, – поблагодарил Дима. – Буду очень признателен.
Затем они втроём вышли из туалета. Второкурсники с любопытством косились на новичка, но ничего у него не спросили. Не выяснили, например, а почему ему понадобилась именно их помощь и зачем ждать окончания занятий, когда путь до медкабинета может показать любой, в том числе и кто-нибудь из одногруппников. Но эта тема не была поднята, и Дима пошёл своей дорогой, а Сота со своим приятелем – своей.
* * *
У парня было большое желание обсудить кое-какие мысли со своей новой коллегой Хёкой, но после пары по математике, Аямэ поймала Диму в коридоре на его пути к школьной лаборатории и утащила на задний двор школы для секретного совещания.
– Итак, какие у тебя планы? – спросила она. – Мы договорились, что я отдаю тебе инициативу, но я должна знать, что ты задумал и что собираешься делать в ближайшем будущем.
– Пока что я осматриваюсь и прикидываю обстановку, – ответил молодой человек.
– Ну и каково впечатление?
– Честно говоря, уровень просвещённости студентов академии в вопросах интимных отношений меня весьма забавляет. Сегодня я случайно подслушал разговор парней в туалете, и они несли полный бред.