Хёка задумчиво смотрела на экран какое-то время, а потом пожала плечами.
– Но ведь это просто, – сказала она. – Не надо ничего особого придумывать. Если заполнить канал вязким составом, то сперматозоиды через него не пройдут.
– А как ты это сделаешь?
Фува нажала "изогнутую стрелку" на пультике управления в правом нижнем углу экрана, и в объективе камеры появился маленький тонкий манипулятор.
– Надо взять образец жидкости из маточного канала, – пояснила она.
Коснувшись "розовой кнопки" на экране, девушка добилась появления перекрестия "прицела", которое потом захватила указательным пальцем и переместила перед входом в матку. Далее Хёка коснулась синей стрелки "вперёд", и манипулятор передвинулся к отмеченной точке. Следом был нажат "молоточек", который высветил целый ряд новых кнопок с различными инструментами. Учёная выбрала среди них пипетку и, вновь нажав стрелку вперёд, добилась плавного и аккуратного вхождения манипулятора в отверстие. Повторное нажатие на изогнутую стрелку привело к тому, что зонд тихонько прогудел и, вынув манипулятор, спрятал его в своём корпусе.
– Ну вот и всё, – сказала Фува. – Образец я взяла. Сегодня изучу его и посмотрю, как можно изменить вязкость этой жидкости.
– А ты не боишься себе навредить? – уточнил Дима.
– Нет, – уверенно ответила учёная. – Я хорошо изучила законы обмена веществ и механизм взаимодействия биологических жидкостей с тканями организма. Уверена, что смогу подобрать безопасный для меня состав. Можно сделать так, чтобы он самостоятельно через определённое время разжижался и заменялся обычной жидкостью. А если не получится, то я сама могу удалять и устанавливать его с помощью зонда, когда мне это понадобится. Осталось только исследовать взятый образец, чтобы с этим определиться. В любом случае задача контрацепции не очень сложная и будет решена в самое ближайшее время.
– Круто. Ты просто гений, – похвалил парень.
– Не гений, но кое-что могу, – бесстрастно поправила Хёка и посмотрела на него. – Ну что, Танукичи, перейдём ко второй части нашей программы? – предложила она.
– Имеешь в виду добычу женского биологического материала? – улыбнулся Дима. – Давай перейдём. С чего планируешь начать? С поиска точки "джи"?
– Сперва я включу вибрацию, – решила Фува.
Она нажала молоточек на пультике, среди появившихся значков выбрала кнопку с волнами, и парень услышал тихое приглушённое гудение. Он посмотрел на девушку и увидел, как та прикрывает глаза, а на губах её появляется улыбка удовольствия.
– М-м-м, надо же как приятно, – отметила Хёка и, повернувшись к Диме, попросила: – Танукичи, возьми, пожалуйста, ещё один химический стакан вон из того шкафа, – она указала рукой, и парень сразу вспомнил, откуда девушка брала химическую посуду. – Сто миллилитров будет достаточно, – добавила она. – Больше всё равно не поместится тебе в рот.
Дима поднялся со стула и сходил за стеклянной ёмкостью заказанного объёма, которую поставил на стол, когда занял своё прежнее место. А Фува тем временем смотрела в планшет и управляла зондом. Используя кнопки на экране, она перемещала и поворачивала аппарат в своём влагалище.
Поймав какое-нибудь особо приятное место, девушка останавливала зонд, прислушивалась к себе, варьировала частоты и амплитуду вибраций, а пото́м перемещала его снова. Постепенно пещерка её становилась всё более активной и мокрой, стенки двигались и пульсировали, растягиваясь и сжимаясь; несколько раз объектив зонда покрывался густой жидкостью, замутняющей изображение. Но картинка почти сразу же очищалась подвижной моющей шторкой, как будто веко смаргивало помеху и устраняло её.
Внезапно Хёка всхлипнула и крепко сжала Димино плечо. Глаза́ её слегка округлились и заволоклись дымкой удовольствия.
– Очень… приятно… – прошептала она прерывающимся голосом. – Танукичи… пожалуйста… полижи мою пещерку и помоги сделать пых. Кажется… Ох!.. Выработка биологического материала усилилась… А-а-ах! – девушка всхлипнула и задрожала. А пото́м она повернулась вместе со стулом, отворачиваясь от стола, раздвинула ноги пошире и задрала свою юбку до пояса. – Давай, Танукичи-тян, пососи мою виноградинку, – попросила она, чувственно облизывая губки. От безэмоциональности её не осталось и следа. Хёка откровенно балдела.