Несколько секунд спустя серебристый цилиндрик вывернулся наружу. Дима успел увидеть вращение мягких силиконовых рёбрышек, благодаря которым зонд двигался, и поспешно подставил ладошки, чтобы его поймать, но Фува ловко подхватила аппарат пальцами и сжала в кулаке.
– Готово, – сказала она и стала обуваться, помогая себе свободной рукой. – Ты можешь одеваться, Танукичи, – добавила зеленовласая учёная, поднявшись со стула и опуская подол своей длинной юбки вниз. – Ничем обсценным в ближайшее время мы заниматься не будем, так что дверь можешь открыть, как только приведёшь себя в порядок.
Сама она отправилась к раковине и, включив воду, стала отмывать зонд от лубриканта и своих вагинальных соков.
– О-о-ох, – Дима поднялся на́ ноги и поискал глазами брюки.
К тому времени, как он обрёл приличный вид и открыл дверь в лабораторию, Хёка уже сидела за столом и колдовала над медицинским зондом, извлекая из него ёмкость с образцом.
– Знаешь, – ровным голосом сообщила она, когда Дима сел с ней рядом, – я передумала закачивать вязкий состав в канал своей шейки матки. – Судя по тому, что я ощутила, когда брала образец жидкости оттуда, это очень неприятная процедура. Я не хотела бы снова почувствовать нечто такое и тем более неоднократно. Надо бы найти какой-нибудь другой метод контрацепции, без проникновения в маточный зев.
– Понятно, – кивнул юноша. – Есть ещё диафрагма, которая устанавливается в конце вл… э… пещерки и прикрывает вход в матку снаружи. Можно использовать её.
Хёка задумалась.
– Боюсь, что мне не удастся быстро изготовить такое приспособление, – сказала она после небольшой паузы. – Если б у меня был натурный образец, скопировать его было бы проще, чем делать с нуля.
Личико девушки заметно помрачнело, а губ Димы, наоборот, коснулась лёгкая, едва видимая улыбка. Он наконец-то нашёл повод заговорить о докторе Маганэ.
– Знаешь, а у меня есть идея, где можно попытаться найти диафрагму, – небрежно сообщил юноша. – Вернее, у кого можно попробовать её попросить.
Фува перевела на него взгляд своих бесстрастных фиолетовых глаз и вопросительно приподняла брови.
– И у кого?
– У школьного врача, Маганэ-сэнсэй.
Хёка отвела взгляд, в котором мелькнуло разочарование.
– Плохая идея, – равнодушно констатировала она.
– А ты послушай, что я тебе расскажу, – проворковал Дима, улыбаясь шире. – Есть у меня кое-какие соображения, как к ней грамотно подкатить.
– Хорошо, я слушаю, – согласилась учёная и повернулась к нему, оставив свои пробирки в покое.
Юноша коротко поведал ей о разговоре между Сотой и его одногруппником, беседу которых ненароком подслушал в мужском туалете, и о своих подозрениях насчёт Маганэ.
– Нам бы только как-нибудь скрытно проследить за тем, что там происходит, – добавил он. – И тогда, возможно, мы могли бы найти ключик к сотрудничеству с нашим доктором.
За всё время рассказа взгляд Хёки оставался абсолютно нечитаемым, так что непонятно было, о чём она думает и как относится к сказанному.
– Ты собираешься уличить Маганэ-сэнсэй в обсценных действиях? – безэмоционально уточнила учёная.
– Ну, можно сказать и так. Но для начала хотя бы проверить мои подозрения.
– И что будешь делать, если они подтвердятся? Как воспользуешься этой информацией?
Дима хитро улыбнулся.
– Узнав, что у нас общие интересы, мы могли бы наладить с врачом сотрудничество.
– Ты хочешь шантажировать её? – прямо спросила Фува.
– Нет, что ты, – возразил молодой человек. – Начинать отношения с конфликта – совсем не лучший вариант. Тем более это может быть опасным.
– Правильно, – подтвердила девушка.
– Я лишь хочу увидеть, есть ли у нас общие интересы, и попытаться наладить пути для установления взаимовыгодной связи. Нет ничего лучше и безопаснее договора, стороны которого в равной степени заинтересованы.