Юноша всё время считал в уме, решив, что без соприкосновения с киской придёт в сознание через минуту, но каждый раз Маганэ опережала его и вновь прижимала к себе, обнуляя счёт и не позволяя "проснуться".
В конце концов девушка, видимо, наигралась всласть. Она вновь присела на кровать и, посмеиваясь, подёргала Диму за уши.
– Ох, какой же ты миленький, Танукичи, – ласково проворковала доктор. – И такой самоотверженный. Всё терпишь и терпишь. Ой! – она снова рассмеялась. – Я хотела сказать, что сон твой очень крепок. Прям ничто не может его поколебать. И это о-о-очень классно! Столько можно всего попробовать!
Маганэ хихикнула и, раздвинув ноги, опять прижала парня лицом к своим мокрым складочкам, заставив того открыть рот и пустить в ход неутомимый язык.
– О да, Танукичи, да, – прошептала девушка. – Продолжай, как ты это умеешь. О-о-ох! Всё-таки круче всего выходит, когда ты делаешь это сам.
Она прилегла на постель, увлекая за собой Диму, и блаженно расслабилась. Через пару минут доктор стала стонать, ещё через минуту её уже всю трясло. Она вытянула из-под головы подушку и положила её рядом. Прошло совсем немного времени, и тело девушки забилось в сладостных конвульсиях, а из-под подушки, прижатой к лицу, раздался приглушённый крик.
И вновь парень почувствовал, как рот его наполняется кисленьким мёдом, который выталкивало из себя пульсирующее влагалище. Но Дима больше не ждал, пока жидкость накопится, и просто проглатывал её маленькими глотками. Постепенно вздрагивания шатенки ослабевали, а вместе с этим и "кормление" подходило к концу.
Затихнув совсем, Маганэ ещё около минуты лежала неподвижно, с удовольствием принимая нежные ласки для своей кисульки, и лишь пото́м лениво отодвинула юношу от себя.
– М-м-м, как приятно, – томно промурлыкала она. – Как же классненько. Давно я так не отрывалась.
Сладко потянувшись, девушка села в постели и в очередной раз одарила парня своей милой улыбкой.
– Не очнулся ещё, – констатировала она. – Н-да, надо бы какое-нибудь стоп-слово придумать, что ли, чтобы не ждать, пока твоя минутка истечёт.
«Интересно, откуда она про минуту узнала?» – подумал Дима, осознав, что совсем забыл про счёт, и стал отмерять в уме секунды.
– О! Ты же вроде как под гипнозом, – пришла девушке на ум какая-то светлая мысль. – Давай-ка этим воспользуемся. Сейчас я щёлкну пальцами, сладенький мой Танусик, ты проснёшься и-и-и… – она сделала интригующую паузу и закончила: – будешь помнить всё, что с тобой произошло.
Раздался щелчок, и юноша замер, лихорадочно соображая, принять ли новые правила игры. Пото́м решил всё-таки принять и усиленно заморгал, делая вид, что вернулся в чувства.
– Ох, доктор Маганэ, я…
– Расслабься, – лениво перебила его врач и вновь прилегла на кровать, не забыв подложить под голову подушку. – На сегодня игры закончились.
Причём сказано это было таким тоном, что Дима сразу понял: ломать комедию дальше не стоит. Он полежал немного животом на постели, в той позе, в которой до этого находился, затем поднялся на руках и забрался на кровать с ногами.
Маганэ с сонной улыбкой посмотрела на него и, продвинувшись в сторону, похлопала ладошкой рядом с собой.
– Ложись, – предложила она, и юноша не заставил просить себя дважды. Когда он устроился возле девушки, пахнущей очень приятно и уютно, она обняла его и прижала к себе.
Некоторое время они лежали молча. Пото́м Маганэ улыбнулась и стала ласково расчёсывать пальцами волосы у парня на голове.
– Скажи, Танукичи, – спросила доктор с мягкой улыбкой на губах. – Откуда ты такой взялся?
– Так учусь же я на первом курсе академии, – ответил Дима. – В группе "один А".
– Да знаю я, что учишься, – вздохнула девушка и легонько подёргала его за волосы. – Просто ты какой-то… чудной немного. Извини, если обидела.
– Нет, что Вы, Маганэ-сама. Никаких обид. Я же знаю, что нравлюсь Вам таким, а значит, всё в порядке.
– Н-н-н! – недовольно промычала шатенка и, опрокинув юношу на спину, уселась верхом на его бёдра.
– Что, опять?! – воскликнул тот с шутливым испугом.