дения. Решение сменить позу приходит само собой. Мы садимся лицом друг к другу, вытянув ноги. Я помогаю ей двигаться, держа руками за красные от моих хлопков ягодицы. Становится жарко. Она останавливается, чтобы снять с себя комбинацию и остается совершенно голой. Ложишься на бок, одна моя рука на ее груди. Движения сопровождаются хлопками, быстрее и жестче с каждым разом. Я иногда достаю разгоряченный член, вожу и хлопаю им ей между ног что бы раньше времени не кончить. Встаю на колени и грубым движением за волосы подтягиваю ее рот к члену, засовываю его насколько можно глубоко в горлышко пока она не начинает захлебываться. Постепенно разгоняясь начинаю жестко трахать ее в рот, иногда доставая член, бью им ей по щекам, что бы она могла отдышаться. За волосы вожу ее языком по яйцам, заставляя лизать их потом опять в горло. После таких оральных ласк лицо ее было все в слюнях и разводах от туши, тело дергалось от периодических оргазмов. Я решил сделать паузу, взял кристально белое полотенце и протер ей сначала лицо, затем грудь. Она вырвала у меня полотенце из рук и выкинула куда-то в другой конец комнаты. Судя по ее глазам, Наташа уже была готова на все, никаких табу, что собственно и подтвердила своей дальнейшей просьбой. Она встала раком, прогнула спинку как будто приглашая меня, начала водить рукой себе между ног, а потом ласкать пальцами свой анус, сначала засовывая один палец, потом два… “Я хочу что бы ты трахнул меня как последнюю сучку!” Мой член стоял так сильно, что мне казалось им можно ломать стены если того потребует ситуация. Я пристроился сзади, отшлепал ее по заднице и груди, затем взял за шею и начал трахать, именно трахать, небрежно и жестко, разрабатывая пальцем анальное отверстие. Она стонала от удовольствия, в какой-то момент ее ноги задрожали, я резко вынул член, а она сквиртила во все стороны извиваясь от удовольствия. Пару секунд дав ей отдышаться, я схватил ее за волосы, ударил несколько раз смачно по жопе и влепил пару пощечин. “Это еще не все моя похотливая сучка!” Поставил ее снова раком, смазал анус смазкой и не спеша всунул свой член по самые яички. В ответ услышав только одобрительные стоны, начал трахать ее в зад. В процессе она опять сквиртанула от удовольствия, а я кончил с такой силой, что когда вынимал из нее член, белая струйка потекла по ее влагалищу и ляшкам прямо на кровать. Передохнув часок, ведя неспешную пошлую весёлую беседу, мы выпили красного хорошего вина. Легкое опьянение расслабило нас еще больше. Я вышел на балкон покурить, наслаждаясь тихим ночным городом, а Наташа отправилась в уборную. Начав курить вторую сигарету, я услышал приближающиеся шаги каблуков. Обнаженная Наташа вошла на балкон с хитрой, возбуждённой и милой улыбкой. Соски ее были набухшими, а по телу бежала дрожь от легкого прохладного летнего ветерка из открытого окна. Из задницы ее торчал большой пушистый хвост, прикрепленный к анальному дилдо, который в это время находился внутри нее. В руках она держала резиновый шар-кляп на черном кожаном ремне с застежкой. Вынула эротично, почти уже выпавшую у меня изо рта сигарету и как ни в чем не бывало встала рядом со мной и начала курить в окно опираясь грудями на подоконник. На улице уже начало светать. Я закурил еще одну. Мы весело болтали, но никак не обращали внимание не на дилдо не на кляп в ее руках, хотя оба понимали, что пошлые мысли будоражат наши головы. Я гладил ее за шею, теребил волосы, проводил ей рукой по спине и как бы невзначай задевал аккуратно ее пушистый хвост. Наташа вздрагивала в этот момент, но как будто не обращала внимание. Я решил проверить ее желание и провел рукой между ног, а там… Там уже был просто пожар. Струйка естественной смазки сочилась из ее манящей писечки по голым ляшкам. Я сначала просто водил рукой ей между ног, а потом засунул внутрь пару пальчиков и начал ласкать, мы слились в развратном поцелуе, она смачно плюнула себе на ладошку и начала мне дрочить потом опустилась на корточки и начала сосать мой член, заглатывая его глубоко по самые яички. Потом она попыталась что-то сказать, но я ее грубо прервал, выхватил кляп из рук, засунул ей в рот, затянул кожаный ремешок вокруг головы и влепил пару пощечин. “Женщина должна молчать!” Схватил ее за волосы, поставил раком и развернул лицом в окно. Небрежно и грубо вошел в ее мокрую от возбуждения подружку и начал трахать. Хлесткие звуки от хлопков наших тел и ее стоны раздались за пределы балкона через окно. Из-за кляпа Наташины слюни лились прямо на подоконник. В процессе я теребил ее за хвост, от чего она получала еще и анальное удовольствие. Возбуждением был пропитан воздух вокруг и даже дым от незатушенной сигареты в пепельнице. Я резко вынул свой член из нее, Наташины ноги задрожали, она засквиртила во все стороны от удовольствия. Я поставил ее раком на пол и потащил, не спеша, за волосы в комнату. Она послушно следовала за мной как верная собачка, виляя импровизированным хвостом, перебирая руками и ногами по полу. Перед кроватью я остановил ее, ударил пару раз членом по щекам, ослабил кляп, который остался болтаться у нее на шее, и начал трахать в рот, а рукой в это время вынимал и вставлял ее пушистый хвостик, разрабатывая Наташину похотливую попку. Спустя пару минут я повалил ее животом на кровать. Наташа эротично прогнулась стоя коленями на полу и сжимая руками одеяло как бы приглашая меня. “Это нам больше не понадобится!” Ее импровизированный хвост полетел на пол. Я провел членом ей по письке, и несколько раз вставил так глубоко, как только смог, чтобы получше смазать свой член. Потом начал трахать в попку, решительно, резко жестко, с хлопками, добиваясь одной единственной цели… Оргазм не заставил себя долго ждать, и мы кончили вместе. Потом мы продолжили свою неспешную веселую и непринуждённую беседу за бокалом вина и пачкой сигарет, улеглись спать под утро, когда многие люди уже шли на работу. Возможно кто-то из них завидовал нам, будучи разбуженным нашими бурными шалостями этой ночью. А мы наслаждались моментом, понимая, что такие отношения ненадолго, потому что всегда хочется стремиться к чему-то большему к чему-то новому... Ведь человеческая жизнь слишком коротка что бы отказывать себе в этом удовольствии.