— Прости, — он как будто чувствовал мою боль, это читалось в его глазах. Несмотря на не слишком приятные ощущения, я была счастлива.
— Все хорошо, — улыбнулась я. — Продолжай.
Дважды повторять не стоило, парень задвигался, постепенно увеличивая темп. Боль потихоньку начала уходить, уступая место новым, приятным ощущениям. Я поднялась на локтях, и поцеловала парня в шею, после чего стала подниматься выше, прикасаясь губами там, до куда могла достать, пока не дотронулась до его губ. Прерывистые стоны, чуть приглушенные поцелуями, передавались изо рта в рот вместе с горячим дыханием.
Еще несколько сильных движений, и я затряслась от первого в своей жизни оргазма, выкрикивая имя парня куда-то в воздух. Парень закончил следом. Мы смотрели друг другу в глаза, пока Максим не вышел из меня и не лег рядом, прижимая мое уставшее тело к себе снова.
— Спасибо… — прошептала я, обжигая своим дыханием шею парня. Он коснулся губами моих губ и прошептал:
— Тебе не за что благодарить меня, глупая. Я удобнее устроилась в теплых мужских объятиях и закрыла глаза.
— Я люблю тебя, — было последним, что я услышала, прежде чем провалиться в сон.
Продолжение следует.
Глава 9
Маша спала, а я не мог найти себе места. Чувствую себя последним мудаком, который воспользовался тем, что девушка пьяна. Надо было подождать, чтоб она протрезвела, чтоб могла соображать. Если она возненавидит меня после этой ночи, я пойму. Нужно вставать, но не хочется. Теплая рука девушки покоится на моей талии, а она сама прижалась близко к моей груди. Не могу ее отпустить, она нужна мне как воздух. Но понимаю, что должен.
Пришлось выбраться из нежных объятий девушки и снова одеться. Посмотрев номер Кати у Маши в телефоне, я сохранил его себе и набрал девушку, выходя из комнаты. Она взяла трубку спустя несколько гудков.
— Не знаю, кто ты, но сердца у тебя нет! — проорала блондинка мне в трубку. — Семь гребаных утра!
— Прости, — я даже не смотрел на часы. — Это Макс. Мне нужна твоя помощь.
***
Два месяца спустя
Максим пропал на следующий день после того, как мы переспали. Очень больно проснуться и понять, что любимого человека рядом нет. От осознания того, что тебя бросили и ты снова осталась одна в своей квартире, становится тяжело. Почти два месяца я пыталась вбить себе в голову, что просто стала ему не нужна, но последние теплые слова любви, которые я услышала от него отзывались в моем сердце сильным трепетом. Я обижалась и злилась на Макса, но не могла его разлюбить. Никак. Я очень по нему скучала. Разум боролся с сердцем: я понимала, что должна забыть о нем, но сейчас это слишком сложно. Иногда случившееся той ночью казалось мне просто сном, помутнением, но этого просто не могло быть.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Катя, проходя ко мне в квартиру с огромным пакетом фруктов.
— Я же не больная, — смеюсь. — Все еще лучше, чем может быть. Зачем ты столько накупила? — хотя я очень любила заботу, сейчас мне было неловко.
— Тебе нужны витамины, — подруга сказала это тоном, не требующим возражения. — Почему только я забочусь о твоем здоровье? Вот приедет Макс… — тут она осеклась, замолкая. Но я уже услышала.
— Макс? — теперь меня было не остановить. — Ты что-то о нем знаешь?
— Знаю то, что он любит тебя, дура! — постоянные напоминания Кати о его любви ко мне были еще одной причиной, по которой я не могла забыть парня.
— Почему ты так уверена? — я злилась. — Он ни разу не позвонил мне! Ни разу, Кать! Мы ему нафиг не нужны!
— А ну успокойся! — подруга посмотрела на меня и сжалилась. — Я разговаривала с ним… Он волнуется за тебя. И еще… О твоем интересном положении ему неизвестно.
— Почему он не звонил мне? — я поникла. Так случалось всегда, когда мы говорили о Максе. — Я даже не знаю, почему он ушел! Где он? Что с ним? Мне страшно…
— С ним все в порядке, — Катя покачала головой и подошла ко мне ближе, приобнимая за плечи. По моим щекам потекли слезы. — Тебе нельзя плакать и переживать. Малыш все чувствует. — я кивнула. — А Макс винит себя за то, что воспользовался тобой, когда ты была пьяна. Он уверен, что ты его ненавидишь теперь.
— Но это же не так! — я отстранилась от подруги и присела на кухонный стул. Меня начинало мутить.
— Я говорила Максу об этом, но он не верит. Кусок идиота! Просто ты первая девушка, к которой он чувствует подобное. Первая и единственная. — Катя достала сок из холодильника и разлила по стаканам. — Пей.