Чёрт бы его побрал.
Забуду. Разлюблю. Время лечит, говорят. Но память о нём, о том хорошем, что было, останется со мной. Это я уже поняла. Такое не выкинуть.
Я вздохнула, отложила книгу и взяла телефон. Открыла рабочий чат. Тот самый, где все наши. Просто посмотреть, что там. Не для того, чтобы писать — просто быть чуть ближе к той жизни.
Чат бурлил. Отмотала на рандомный момент, несколько дней назад.
Лена из бухгалтерии: Девки, вы не представляете, что я слышала!
Сергей из IT: Лена, не томи.
Лена из бухгалтерии: Демида в офисе нет уже который день. Говорят, что-то случилось.
Сергей из IT: А Лиза где? Я её тоже не вижу.
Лена из бухгалтерии: В отпуске, вроде. Или уволилась? Слухи разные ходят.
Сергей из IT: А я слышал, что они поссорились. Помните, у них там роман был?
Лена из бухгалтерии: Серёж, ты сплетник!
Сергей из IT: А что? Все обсуждают.
Кирилл: Ребят, вы бы работали, а не языками чесали.
Наташка: Кир, не командуй. Пусть чешут, нам не жалко.
Лена из бухгалтерии: Наташка, ты знаешь, что случилось? Колись!
Наташка: Ничего я не знаю. Я вообще молчу.
Сергей из IT: Ой, да ладно! Ты всегда всё знаешь.
Наташка:А вот и нет. Я просто работаю.
Я смотрела на экран и невольно улыбалась. Они там, в своём мире, живут своей жизнью. Сплетничают, обсуждают, работают. А я здесь, в Огудневе, наблюдаю со стороны.
Лена из бухгалтерии: А вообще, странно. И Лизы нет, и Демида. Может, вместе уехали?
Сергей из IT: Логично. В отпуск, наверное.
Лена из бухгалтерии: Ага, а Наташка с Киром тут остались за них!
Наташка: Лена, ты достала.
Кирилл: Натах, не обращай внимания. Они от безделья.
Сергей из IT: Мы от любопытства!
Я закрыла чат. Не хотелось больше читать.
Жизнь продолжалась. Даже без него.
Грудь ныла не переставая. Тронуть нельзя, лечь на живот нельзя, даже лифчик с косточками стал отдельным видом ада. Я надела его сегодня утром и чуть не взвыла.
Я встала и пошла на кухню. Мама готовила ужин.
— Мам, — сказала я. — Я в Москву, наверное, съезжу.
— Зачем? — удивилась она.
— В аптеку, — соврала я. — Противозачаточные заканчиваются.
Врала, конечно. Три пачки лежали в сумке нетронутые. Но сиськи болели так, что хотелось купить нормальное обезболивающее. А в сельской аптеке такого не было.
— А, да, конечно, — кивнула мама. — Сегодня в 20:00 автобус есть. Поедешь?
— Да, наверное, — ответила я. — Как раз успею в аптеку у дома. Она круглосуточная.
— Хорошо, — мама помешивала суп. — А потом?
— Потом посмотрю, — я пожала плечами. — Цветы, наверное, завяли уже. Да и дела разгребу. Постираю нормально.
— Ну езжай, езжай, — улыбнулась она. — Если что — приезжай обратно.
— Да, мам. Через пару дней, может.
Я быстро поела и собралась. Сумка была готова за пять минут. Я вышла на остановку, никого. Дождалась своего автобуса, старого, обшарпанного, какк в детстве.
Автобус тронулся, и я поехала в Москву. Круглосуточная аптека, обезболивающее и пустая квартира ждали меня. И чем ближе автобус был к моему дому, тем сильнее крутились мысли о нем, о наших днях, о наших, как я тогда думала, отношениях. Но нет. Просто игра.
Я вышла из автобуса на остановке у своего дома. Москва встретила меня привычным шумом, огнями и суетой. После деревенской тишины это было даже странно и зашла в круглосуточную аптеку у дома. Внутри было пусто, только фармацевт за прилавком — женщина лет сорока, с добрыми глазами и внимательным взглядом.
— Здравствуйте, — сказала я, подходя. — Можно обезболивающее? Сильное. От боли.
— Сильное только по рецепту, — ответила она. — А что конкретно болит? Может, посоветую что-то. У нас есть от разных видов локализации боли: зубная, менструальная?..
Я замялась.
— Грудь, — сказала я тихо.
— Грудь? — переспросила она, чуть приподняв бровь.
— Да, — я вздохнула. — Побочка от противозачаточных.
— А, понятно, — кивнула она. — Меняете, что ли?
— Да, на новые.
— Ну, смотрите, — она покачала головой. — Это под действием гормонов. Даже если обезболивающее купите, не факт, что пройдёт. Нужно к гинекологу.
— Блин… — выдохнула я.
— Понимаю, — улыбнулась она. — Но терпеть боль смысла нет, пока вот купите ибупрофен, но не гарантирую, что легче будет. Сходите к врачу, сдайте анализы. Может, эти таблетки вам просто не подходят.
Я взяла коробочку обезболивающего, расплатилась
— Спасибо, — сказала я и вышла из аптеки.
На улице я остановилась, прислонившись к стене. Всё. Надо к врачу.
Я вздохнула и пошла к дому. Завтра с утра запишусь. А сегодня — просто отдохнуть.
Я поднялась на свой этаж, открыла дверь, квартира встретила меня тишиной и запахом пыли. Неделя без меня — и уже чувствуется.
Я прошла внутрь, бросила сумку в прихожей и села на диван. За окном шумел вечерний город, а я смотрела в одну точку и думала. К гинекологу пойду в другую клинику, а то мамина знакомая снова всё растреплет. А ей зачем волноваться? Уже не молодая, и две дочки ещё мелкие.
Я встала, прошла на кухню, налила воды. Интересно, как он там? Веселится? Наслаждается жизнью?
Я усмехнулась. Горько, зло. Он, наверное, уже видел моё заявление на увольнение. Нашёл ли новую секретаршу? Или Машу посадил на моё место?
От этой мысли стало так больно, что я зажмурилась.
— Ну и пусть, — сказала я. — Мне всё равно.
Но внутри всё кричало, что нет, не всё равно. Что я хочу быть там. С ним. Что я люблю его, несмотря ни на что. Дура, какая же я дура. Почему у мужиков все так просто, а мы потом мучаемся. Что за несправедливость.
Я легла на диван и закрыла глаза. Завтра будет новый день. А сегодня — просто боль. Грудь болела — отвлекала. Ирония судьбы…
Глава 75
Новая жизнь
Я проснулась разбитая. Спала плохо, ворочалась, потому что грудь… грудь была просто невыносима. Надутая, твёрдая, болезненная. Казалось, она увеличилась на размер, стала чужой, тяжёлой.
— Боже, — простонала я, глядя в потолок. — Пусть уже месячные начнутся.
Я села на кровати, осторожно потрогала грудь. Твёрдая, как камень. Горячая. При касании — больно так, что хочется выть. А вдруг у меня с грудью что-то? Рак, например?
Мысль пришла внезапно и застыла ледяным комом в груди. Сердце забилось быстрее, в голове зашумело. Бывает ли рак от противозачаточных?
Я схватила телефон. Пальцы дрожали, когда я разблокировала экран и зашла в браузер. Надо понять. Надо узнать. Молчание убивает хуже, чем любая правда.
Я начала с самого простого: «Побочные эффекты противозачаточных таблеток».
Вылезло море информации. Я листала, вчитывалась, отсеивала.
«Гормональные контрацептивы могут вызывать: болезненность молочных желез, тошноту, головокружение, перепады настроения, задержку менструации в первые месяцы приёма».
— Задержку, — повторила я вслух. — У меня задержка.
Я записала это в мысленный список. Потом полезла дальше: «Болезненность груди при приёме ОК».
«Обычно проходит через 1–3 месяца»,«Связано с адаптацией организма к гормонам»,«Если боль сильная, обратитесь к маммологу».
— Маммолог, — выдохнула я. — Значит, не только гинеколог.
Я откинулась на подушку, но рука сама потянулась к телефону. Страх не уходил, он только менял форму. Сначала рак, потом… потом что?
Я набрала новый запрос: «Беременность при приёме противозачаточных».
Пальцы замерли над экраном. Сердце забилось быстрее. Этого не может быть. Я пью таблетки каждый день, в одно и то же время. Ни разу не пропустила. Это невозможно.
Но я читала.