Через минуту в трубке раздалось сначала молчание, а потом дикий ржач.
— Дем, ты серьёзно? — голос Кира сорвался на хрип.
— Ага, — усмехнулся я, чувствуя, как улыбка расползается по лицу.
— Дем, она тебя разводит как малолетку!
— Знаю, — я откинулся в кресле. — И мне это нравится.
— Охренеть, — выдохнул Кир. — Сучка играет, да?
— Сучка играет, — подтвердил я. — И ведь как играет, Кир. Ты видел? «Думаю, как твой голос говорит малышка». «Как ты входишь в меня… глубоко». Блядь, у меня член встал, когда я это читал.
— А у меня сейчас упадёт от смеха и удивления одновременно, — заржал Кир. — Дем, ты понимаешь, что это какая-то из наших баб? Которая сейчас сидит где-то в отделе и строит из себя невинность?
— Понимаю, — кивнул я. — И поэтому я её найду.
— А если это какая-нибудь уборщица? Или бабка из архива?
— Не бабка, — уверенно сказал я. — У бабок таких слов в лексиконе нет. И тело не то. Я же её тело помню. Это молодая, горячая, жадная сучка.
— Ну допустим, — Кир уже отсмеялся, но в голосе чувствовалось любопытство. — И чё дальше?
— А дальше, — я посмотрел на телефон, где светился экран с её последним сообщением, — мы продолжаем играть. Она хочет, чтобы я её нашёл. Я буду искать. И когда найду…
— Что?
— Затрахаю до потери пульса, — усмехнулся я. — Как и обещал.
Кир присвистнул.
— Ну ты маньяк, Дем. Ладно, удачи.
— Ага, бывай.
Я сбросил звонок и снова уставился на переписку.
«Ищи, хозяин. Я жду.»
— Жди, малышка, — прошептал я. — Я уже иду.
Я встал из-за стола и вышел в коридор. Надо было проветрить голову, а то от этой переписки и от мыслей о ней уже крыша ехала. Буквально. Каждая секунда без дела превращалась в пытку.
В приёмной было тихо. Лиза сидела за своим столом, склонившись над ноутбуком, и что-то печатала. Пальцы летали по клавиатуре, глаза сосредоточенно смотрели в экран, очки чуть съехали на нос. Идеальная картинка — секретарь-робот за работой.
Я остановился напротив, опёрся рукой о край её стола.
— Что печатаешь? — спросил я, кивая на экран.
Она подняла глаза — спокойные, прозрачные, абсолютно пустые. Ни тени эмоций.
— Документы проверяю, Демид Александрович. Договора с новыми поставщиками. Нужно сверить реквизиты.
— Мм, ясно, — кивнул я, разглядывая её.
Сидит, строчит. Ни одного лишнего движения, ни одного взгляда, который можно было бы заподозрить. Блузка застёгнута на все пуговицы, пучок идеальный, юбка строгая. Ни намёка на ту развратную сучку, что писала мне «мой хозяин».
Или намёк?
Я вдруг поймал себя на мысли: а что, если она? Что, если эта ледяная глыба — та самая горячая штучка, которая течёт от одного моего голоса?
Я пригляделся внимательнее. Руки — тонкие, изящные, с аккуратным маникюром. Пальцы — длинные, как у пианистки. Интересно, как они выглядят, когда сжимают простыню? Или член?
Я отогнал мысль. Бред.
— Лиз, — спросил я вдруг, сам не зная зачем. — А вы вообще на корпоративы ходите? Нравится вам там?
Она моргнула — один раз, быстро.
— Хожу. Иногда. Но не очень люблю шумные мероприятия, — ответила ровно. — Предпочитаю тихий вечер дома.
— С книжкой? — усмехнулся я.
— С книжкой, — кивнула она без улыбки.
— Понятно, — я выпрямился. — Работайте.
Она снова уткнулась в монитор, и я пошёл дальше по коридору.
Но мысль засела. Лиза. Такая же скромница, как и многие другие в этом офисе. Серые мыши, которые на корпоративах превращаются в хищниц?
Я задумался. А может, правда обойти всех скромниц? Тех, кто в офисе тише воды ниже травы, а в постели — звери? Таких в компании немало. Бухгалтерши, архивариусы, секретарши…
Я усмехнулся своим мыслям. Легко сказать — обойти. Сто пятьдесят баб, и каждая может оказаться той самой.
Но что-то мне подсказывало: она не из тех, кто бросается в глаза. Она из тех, кто прячется. Кто сидит в тени и наблюдает. Кто ждёт, когда я сам сделаю шаг.
Я прошёлся по коридору, заложив руки за спину, и вдруг остановился.
Натаха.
Она же с Киром — главные сплетники в компании. Если кто-то что-то знает или слышал — то либо Кир, либо она. Кира я уже пытал, но он, похоже, реально в неведении. А Натаха — девка хитрая, может, и знает, но молчит. Или ждёт, когда к ней придут.
Я развернулся и направился в отдел, где она сидела.
Наташка была на месте — как всегда яркая, рыжая, с дерзким взглядом и улыбкой кошки, которая только что сожрала канарейку. Увидела меня, и глазки сразу загорелись любопытством.
— Ого, Демид Александрович собственной персоной! — пропела она, откидываясь в кресле. — Какими судьбами? Заблудились или ко мне с проверкой?
Я усмехнулся, присаживаясь на край соседнего стола. Вокруг никого — повезло.
— Натах, привет, — начал я вполголоса. — Слушай, ты ж у нас главный информатор. Ничего не слышно? Ну… про ту самую?
Она прищурилась, явно смакуя момент.
— Неее, — протянула Наташка, качая головой. — Ничего не слышно.
— Точно? — я впился в неё взглядом, пытаясь поймать хоть намёк на то, что она врёт.
— Точно-точно, — она даже руками развела для убедительности. — Девки болтают, конечно, но кто конкретно — молчок. Никто не знает. Или знают, но молчат как партизаны.
Я вздохнул. Либо она правда не в курсе, либо играет лучше всех в этом офисе.
— Ладно, — я встал, поправил пиджак. — Если что услышишь — свистни. В долгу не останусь.
— Ой, Демид Александрович, — Наташка хитро улыбнулась. — А что за интерес такой? Прям ищете кого-то?
Я усмехнулся в ответ.
— Ищу, Натах. Ищу. И когда найду — вся компания узнает.
— Ну-ну, — она проводила меня взглядом, и я спиной чувствовал, как она улыбается.
Сплетница, блин. Либо реально не знает, либо держит интригу.
Я вернулся в кабинет и снова уставился в потолок.
— Молчат, суки, — прошептал я. — Ну ничего. Я вас всех переиграю.
Я сидел в кабинете и тупо пялился в монитор. Переписка — это, конечно, огонь. Слова, от которых член встаёт колом, фантазии, от которых крышу сносит. Но сука…Я откинулся в кресле и провёл рукой по лицу. Дырку хочется трахнуть. Реальную, живую, тёплую, влажную. А не пальцами по кнопкам тыкать, представляя, как она там течёт на другом конце провода.
Нет, игра — это хорошо. Игра заводит. Но игра без финала — это пытка.
Я встал, подошёл к окну, уставился на город. Мысли лихорадочно метались. Надо что-то придумать. Что-то, что выведет её из тени. Что-то, что заставит показаться.
Спортзал.
Я резко развернулся и чуть не рассмеялся вслух. Ну конечно! Спортзал!
У нас же корпоративный зал на минус первом. Бесплатный, для всех сотрудников. Туда ходят и днём, и вечером. И если я сейчас, прям сегодня, устрою какой-нибудь… ну, не знаю… день здоровья? Массовое мероприятие? Загоню всех баб в зал — и буду пялиться.
Родинку, конечно, не увижу — не раздеваться же им при мне. Но форму рассмотрю. Попы, ноги, талии. Моя же подкаченная, я помню. Тонкая талия, крутые бёдра, задница — закачаешься. Упругая, круглая, так бы и шлепнул ещё раз.
Я представил, как она там, среди других, делает приседания или выпады, и я смотрю. И maybe, maybe, что-то ёкнет. Какая-то деталь, какое-то движение или особый изгиб.
А если повезёт — и родинку замечу. Маленькую, аккуратную, на левой ягодице.
Я схватил телефон и набрал Лизу.
— Лиза, зайдите.
Через минуту она вошла — как всегда ледяная, с планшетом.
— Демид Александрович?
— Лиз, у нас спортзал корпоративный. Часто туда сотрудники ходят?
Она моргнула — один раз.
— Достаточно. Многие после работы занимаются. Днём тоже бывают.
— Отлично. Организуйте мне сегодня… ну, не знаю… турнир? День здоровья? Чтоб массово. Чтоб все, кто может, пришли. В рабочее время. Я хочу поддержать здоровый образ жизни сотрудников.
Лиза смотрела на меня пару секунд с абсолютно непроницаемым лицом.
— Турнир? — переспросила она ровно.
— Ну да. Соревнования. По фитнесу, по йоге, по… да по хрен. Просто соберите всех, кто готов поучаствовать. Я приду, поддержу.