Я положил телефон и уставился на фото.
Блядь.
Я посмотрел на часы. Половина десятого. Она где-то там. В чулках.
А я здесь. Один. В пустом офисе. С членом, который вот-вот продырявит штаны. И ни хера не могу сделать. Только ждать. Искать. Играть.
Я откинулся в кресле, закрыл глаза и представил её. Эти бёдра. Эти чулки. Эту родинку, которую я скоро увижу.
Скоро. Очень скоро.
Глава 20
Предвкушение
Пятница. Я захватила на работу маску.
Ту самую. Белую, с перьями, в которой была в ту ночь. Она лежала у меня дома со дня корпоратива — я всё никак не могла её выбросить. Как талисман. Как напоминание. Каждый раз, натыкаясь на неё среди косметики и документов, я замирала и проваливалась в воспоминания. Его руки. Его дыхание. То, как он сжимал мои бёдра, входя в меня сзади, и маска сползала на глаза…
А теперь она пригодится.
Я пришла пораньше, пока офис ещё пустой. Семь утра, в здании тихо, только кондиционер гудит и лампы дневного света мерцают ровным белым светом. В приёмной ни души, только уборщица шуршит где-то в коридоре тележкой. Металлический скрежет колёс по линолеуму отдавался в висках.
Я зашла в его кабинет — быстро, бесшумно, стараясь ступать на цыпочках, хотя ковёр и так глушил шаги. Сердце колотилось где-то в горле, мешая дышать. Запах его кабинета — кожа кресел, кофе, его одеколон, который остаётся в воздухе после того, как он уходит — ударил в ноздри, и на мгновение я замерла, втягивая его, как наркотик.
Его стол. Массивный, из тёмного дерева, с идеальным порядком. Монитор, подставка для ручек, ежедневник. И ящики.
Открыла верхний ящик стола. Там, где лежали не важные документы, куда он заглядывает редко, раз в месяц, не чаще. Закинула маску, прикрыла бумагами. Пальцы на мгновение задержались на перьях — мягких, шелковистых, ещё хранящих память о той ночи.
Закрыла ящик и выскользнула обратно.
В приёмной я села за свой стол, включила компьютер и выдохнула. Выдох получился дрожащим, как после пробежки. Ладони вспотели, пришлось вытереть их о юбку.
Он найдёт. Не сегодня, так завтра. И будет думать. И вспоминать.
Я улыбнулась своим мыслям. Внутри разливалось тепло — предвкушение, азарт, желание.
Через час начали подтягиваться сотрудники. Я кивала, здоровалась, делала вид, что ничего не происходит. Лицо держала ровно — ледяная маска, секретарь-функция, часть интерьера. Никто не должен ничего заподозрить. А сама ждала. Каждые пять минут поглядывала на дверь лифта, прислушивалась к шагам.
Ровно в 8:30 дверь лифта открылась, и вышел он.
Демид Александрович. В идеальном костюме, свежий, выбритый, с кофе в руке. Белоснежная рубашка, тёмно-синий пиджак, безупречный узел галстука. Но глаза… Под глазами тени, будто не спал ночь. Или спал плохо. Или думал обо мне.
Прошёл мимо моего стола, бросил короткое:
— Лиза, зайди в кабинет.
Я встала. Ноги на мгновение стали ватными, но я взяла себя в руки, натянула маску спокойствия на лицо. Ледяная глыба. Робот. Секретарь-функция.
Зашла за ним. Он сел в кресло, я остановилась у стола. Расстояние — метр, не больше. Я видела, как он положил руки на стол, как сжал пальцы в замок. Костюм сидел идеально, но под тканью угадывалось напряжение.
— Лиза, что с аквапарком?
Голос ровный, деловой. Никаких намёков на вчерашнюю переписку, на фото, на бешенство. Никаких «папочка», никаких «скучаешь». Идеальный начальник.
Я открыла планшет. Пальцы не дрожали — я следила за этим специально.
— Всё хорошо, Демид Александрович. Скинула на почту смету. Следующая пятница, весь день. Аквапарк «Тропический рай», аренда всего комплекса с 10 утра до 10 вечера. Включено питание, напитки, работа аниматоров.
— Отлично, — кивнул он. — Я посмотрю.
Я ждала. Стояла и ждала. Может, он спросит что-то ещё?
Он поднял глаза и посмотрел на меня. Пристально, изучающе. Так смотрят на подозреваемого. Так смотрят на женщину, которую хотят, но не могут опознать.
— Лиза, вы сегодня… — начал он и замолчал.
У меня внутри всё сжалось. Сердце пропустило удар, потом ещё один, потом забилось где-то в висках, заглушая всё.
— Что? — спросила я ровно. Голос не дрогнул. Ни одна мышца на лице не дёрнулась.
— Ничего, — он покачал головой. — Идите. Работайте.
Я кивнула и вышла.
Села за стол и выдохнула. Выдох получился длинным, дрожащим, как струна. Пронесло.
Но где-то внутри пульсировало предвкушение. Он откроет ящик. Он увидит маску. И начнёт думать. Вспоминать. Сходить с ума.
Я улыбнулась, глядя в монитор.
Игра продолжается.
Я пыталась работать, но мысли то и дело улетали в его кабинет. Туда, где в ящике стола лежала белая маска. Моя маска. Та самая, которую он видел на мне в ту ночь.
Пальцы сами тянулись к телефону, хотелось написать ему, спросить: «Ну как, папочка, нашёл?». Но я держалась. Пусть сам. Пусть напишеи, когда найдет.
Телефон завибрировал. Общий чат.
Я открыла — и чуть не рассмеялась. В голос, громко, на всю приёмную — пришлось зажать рот рукой.
Наташка:Ну что, Демон-то до сих пор ищет?*
Кирилл:А ты как думаешь? Вчера весь день по этажам шастал, на всех баб пялился. Даже на уборщицу смотрел подозрительно.
Я представила эту картину — он стоит в коридоре и вглядывается в тётю Зину с тележкой, пытаясь понять, не она ли его ночная сучка. Улыбка расползлась по лицу, пришлось спрятать её за монитором.
Лена из бухгалтерии:Ой, а я слышала, он в спортзал всех загонял. Думал, там увидит?
Сергей из IT:Не помогло. Видимо, не та спортсменка.
Наташка:А мне кажется, она специально прячется. Играет с ним.
Кирилл:Натах, ты как всегда в курсе? Говори, знаешь что?
Наташка:Ничего я не знаю! Просто предположение 😇
Я закусила губу, чтобы не рассмеяться. Если бы они знали. Если бы они только знали, что эта «она» сейчас сидит в приёмной и читает их переписку.
Лена из бухгалтерии:А я бы тоже спряталась, если б меня такой мужик искал. Страшно же!
Сергей из IT:Страшно, но приятно, наверное.
Кирилл:Серёж, ты романтик хренов. Ладно, девки, если что узнаете — свистите. А то Демон уже бесится по-настоящему.
Наташка:А что он сделает, если узнает?
Кирилл:Не знаю, но я бы не хотел оказаться на месте той девки.
Я смотрела на переписку и улыбалась.
Я:А может, она просто ждёт, когда он сам догадается?
Наташка:Лизка, ты права! Вот умница! Она ждёт, а он ищет. Романтика!
Кирилл:Какая, нахрен, романтика? Там секс и бешенство.
Лена из бухгалтерии:Ой, мужики, вы ничего не понимаете.
Я отложила телефон и посмотрела на дверь его кабинета.
Он там. Ищет. Сходит с ума. Дрочит по ночам, вспоминая моё тело.
А я здесь. Жду. И наслаждаюсь каждой секундой этой игры.
Я сидела за столом и краем глаза следила за дверью его кабинета. Тишина. Он ещё не открывал ящик. Или открыл, но молчит. Может, сидит там сейчас, держит в руках мою маску, гладит перья, вспоминает…
Телефон пиликнул — личное сообщение от Наташки.
Наташка:Слушай, Лизка. А тебе его не жалко? Он ведь реально бесится. Весь офис уже на ушах стоит, а он всё ищет и ищет.
Я усмехнулась. Жалко? Его? Этого зверя, который трахал меня так, что я кричала.
Я:Ну Наташ, не могу же я сесть к нему на стол с утра и сказать: «Здрасьте, это я, ваша ночная сучка»!
Наташка:А почему бы и нет?
Я чуть не поперхнулась кофе.
Я:Наташка! Ты с ума сошла?
Наташка:😂😂😂
Наташка:Лизка, я просто представила! Ты заходишь к нему в кабинет, садишься на стол, закидываешь ногу на ногу и говоришь: «Что, папочка, заждался?»
Я:Ага, и он меня сразу уволит.
Наташка:Не уволит. Он тебя трахнет прямо на этом столе.
Я закусила губу. От одной этой картинки внутри всё сжалось. Низ живота потяжелел, между ног стало влажно. Я представила его стол — массивный, тёмный, холодный. Представила, как он сгребает бумаги одним движением, как сажает меня на край, раздвигает мои ноги…