Её рука легла мне на плечо. Я сбросил.
— Не трогай меня. Уйди и не возвращайся. Лавочка закрыта еще пять лет назад.
Она отступила, но улыбка не исчезла.
— Демид, мы скоро часто будем видеться. На переговорах, корпоративах… И в ресторане на подписании контракта в эту пятницу. Уже жду нашу встречу.
— Уйди, Мария, последний раз говорю спокойно. Оставь этот театр для других. Еще слово и мне похрен будет на все, вышвырну за шкирку.
Она спрыгнула со стола и вышла из кабинета.
Дверь закрылась. Тишина.
Я выдохнул. Шумно, со свистом.
Посмотрел на дверь. Там, за ней, сидела Лиза. Моя Лизок. Которая, наверное, сейчас в шоке от того, что произошло. Которая видела эту выдру в красном.
Я нажал кнопку селектора. Палец дрожал.
— Лиза, зайди.
Она вошла через минуту. Бледная, сжатая, но с ледяным спокойствием на лице. Идеальная маска. Ни одной эмоции.
— Вызывали, Демид Александрович?
Я подошёл к ней, взял за руку. Пальцы холодные, дрожат.
— Это бывшая, — сказал я просто, глядя в глаза. — Пять лет назад изменила мне. Теперь вернулась. Я её выгнал.
Она смотрела на меня, и в глазах её таял лёд. Чуть-чуть, самую малость, но я заметил.
— Правда?
— Правда. Ты — моя. И никого другого мне не надо.
Она улыбнулась.Тепло разлилось по груди.
— Я поняла.
Я притянул её к себе, поцеловал в висок.
— Вечером вместе, — прошептал я. — И мы обо всём поговорим.
Она кивнула и вышла. Поняла или нет, фиг знает, вечером увижу. Сейчас за ее маской хер что разглядишь нормально.
Я сел в кресло и уставился в окно.
Пятница. Подписание контракта. И Мария.
Блядь.
Я провёл рукой по лицу, пытаясь унять пульсацию в висках. Голова раскалывалась. Мало того, что эта сука заявилась, так ещё и выяснилось, что теперь она будет маячить перед глазами на всех важных встречах.
Помощник Байканурова. Ну надо же.
Я усмехнулся. Быстро она нашла нового спонсора. Роман Байкануров — мужик серьёзный, с деньгами, с положением. Но наивный, как ребёнок. Поверит любой сладкой лжи, если её преподнести в красивой обёртке. А Мария умеет преподносить. Это я знал лучше всех.
— Сука, — выдохнул я в пустоту кабинета.
Мысли переключились на Лизу. Моя Лизок. Она вышла отсюда с этим своим ледяным лицом, но я видел, как дрожали её пальцы. Видел, как в глазах на секунду мелькнула боль, прежде чем она спрятала её за маской.
Она ревнует. Она боится. Она не верит до конца.
И я её понимаю. Если бы я увидел в её кабинете какого-нибудь хмыря расфуфыренного, мои мысли тоже бы побежали не в ту степь.
Я взял телефон, набрал её. Не анонимку, не сообщение — позвонил.
— Да, Демид Александрович? — голос ровный, но в нём слышалась настороженность.
— Лиз, — сказал я тихо. — Я всё понимаю. Ты злишься, ревнуешь, боишься. Имеешь право. Но я тебе сказал правду.
— Хорошо, — ответила она наконец.
И отключилась.
Я отложил телефон и снова уставился в окно.
Вечером. Надо будет не просто трахать её — надо будет говорить. Объяснять. Убеждать.
А я никогда не умел говорить. Я умел делать. Но сейчас, видимо, придётся учиться.
Я посмотрел на свои руки. Те самые руки, которые еще недавно ласкали её, заставляя стонать. Теперь они дрожали от напряжения.
— Лизок, — прошептал я. — Только ты. Запомни это.
Я сидел и пытался переварить всё, что случилось за последний час. Лизка, Мария, пятница, контракт… Голова шла кругом.
И тут дверь распахнулась с таким грохотом, что я чуть не подпрыгнул.
Кирилл.
Влетел чуть ли не с ноги, весь на взводе, глаза горят, уши торчат — настоящая гончая, взявшая след. Плюхнулся в кресло напротив, закинул ногу на ногу и уставился на меня с видом человека, который только что выиграл джекпот и готовится получить приз из первых рук.
— Так, Демон, — выпалил он с порога. — Что за дела? Мне Наташка про какую-то шмару в красном все уши прожужжала! Говорит, ворвалась к тебе в кабинет! Колись давай!
Я вздохнул. От Кира не скроешься.
— Бывшая, — ответил я коротко. — Мария.
Кир присвистнул.
— Ого! Бывшая жена? Вернулась, значит? И что хочет?
— Вернуть всё назад, — усмехнулся я. — Говорит, любовь не прошла, люди меняются, всё такое.
— И ты? — Кир подался вперёд. — Повёлся?
— Ты охренел? — я посмотрел на него как на идиота. — Я её выгнал. Сказал, чтобы забыла моё имя и номер.
— А она?
— А она теперь помощник Байканурова. Из «БайХолдинг». Будет на всех переговорах маячить.
Кир присвистнул ещё громче.
— Ни хрена себе поворот! И что думаешь делать?
— Не знаю, — честно признался я. — Главное, чтобы Лизка не накрутила себя. Она её видела. Хер знает, что Мария наплела ей в приемной, а она может…И теперь, судя по всему, Лизка ревнует.
— А ты? — Кир прищурился. — Ты-то сам что чувствуешь? К Марии?
— Ничего, — ответил я твёрдо. — Пустота. Даже злости нет. Только раздражение.
— А к Лизке?
Я посмотрел на друга. В его глазах было любопытство, но не насмешка.
— Кир, — сказал я медленно. — Я, кажется, поплыл. По-настоящему. Я хочу, чтобы она просыпалась рядом со мной. Чтобы её запах был на моих подушках. Чтобы она не сбегала по ночам. А она сбегает,представляешь. Другая б с радостью осталась, но Лизка неее, Лиза другая…От этого еще больше ее хочется затащить к себе.
Кир улыбнулся.
— Ого! Демид Власьев, главный циник и женоненавистник, влюбился? В собственную секретаршу? Да это же сюжет для сериала!
— Иди ты, — огрызнулся я, но без злости.
— Ладно, — Кир посерьёзнел. — А что с Марией делать будешь? Она же просто так не отстанет.
— Знаю, — кивнул я. — Но плевать. Пусть пробует. Я не тот дурак, каким был пять лет назад да и нахера мне она сдалась, все мысли только о Лизе.
Кир встал, хлопнул меня по плечу.
— Держись, Демон. Если что — я рядом. И Наташка за Лизкой присмотрит, чтоб не наделала глупостей.
— Спасибо, — ответил я.
Кир вышел, а я снова уставился в окно.
Вечер. Семь часов. Разговор с Лизой.
Блядь, как же я боюсь этого разговора. Но он нужен.
Глава 35
Обед
Мы с Наташкой сидели в нашем углу столовой, подальше от чужих ушей. Я ковырялась в тарелке с пастой, аппетита не было совсем. Наташка, наоборот, уплетала за обе щёки, но глаз с меня не сводила.
— Ну и? — начала она, прожевав очередной кусок. — Рассказывай давай. Я жду подробностей уже целый час.
Я вздохнула, отложила вилку.
— А что рассказывать? Ты всё видела. Эта… в красном. Ворвалась, назвалась будущей женой, просидела у него в кабинете минут десять, потом вышла с довольной мордой. Смерила меня таким взглядом, будто я грязь на ее туфлях и ушла.
— А он? — Наташка подалась вперёд. — Что он?
— Вызвал меня. Сказал, что это бывшая жена. Что пять лет назад изменила ему, а теперь вернулась. И что он её выгнал.
— И ты поверила?
— Не знаю, Натах, — я покачала головой. — Хочется верить. Он смотрел в глаза, говорил уверенно… Но внутри всё равно червячок поселился. Я ж ничего не знаю, может у него чувства еще не остыли или заново к ней проснутся, все-таки это не просто интрижка была, а жена…
— Ещё бы червяк не грыз, — фыркнула Наташка. — Такая краля в красном платье заявляется, строит из себя невесту… Любая бы засомневалась.
— Вот именно, — кивнула я. — Но самое смешное… Я же не имею права ревновать, понимаешь?
Наташка уставилась на меня.
— Это ещё почему?
— А потому что у нас с ним что? — я развела руками. — Секс. Несколько дней безумного, потрясающего секса. И переписка. А что ещё? Он мне ничего не обещал. Я ему ничего не обещала. Мы даже не ночевали вместе ни разу — я сама не оставалась, боялась показаться влюблённой дурочкой.
— Лиз…
— Нет, правда, — перебила я. — Какие у нас отношения? Мы даже не пара. Мы просто… ну, встретились, понравились друг другу, переспали. А теперь он, может, вообще считает, что это так, интрижка на пару недель. А я тут сижу, ревную, переживаю, как дура.