— Откуда мать узнала?
— Разумеется, я рассказал ей, — усмехнулся Джеффри, как само собой разумеющийся факт.
— Я считаю, изменять своей жене, на ее же дне рождении, в соседней комнате со своей бывшей, это как-то некрасиво.
— Теперь понятно, почему отец терпеть тебя не может, — хмыкнул Рэн. Он не знал, как относился ко всему этому. Это дело ни одной ночи обдумываний, но сейчас… он не мог сказать, что стопроцентно понимает отца или поддерживает Джеффри. Измена — это дерьмо. И оправдать ее трудно. Однако зная его мать… черт. Да он ни черта не знает, чтобы делать тут какие то выводы. Единственное, что он мог сказать, что в этой ситуации осудить не может никого. Ни отца, ни мать, ни Джеффри. Все действовали исходя из сложившейся ситуации.
— Он и раньше ненавидел меня — самодовольно посмеялся Аррингтон, — В детстве я еще не понимал почему. А вот лет в пять или шесть до меня дошло, что мое появление просто нарушило его какие-то там планы на жизнь. Мне в принципе плевать, как он ко мне относится.
— Какой смысл трясти события 25-летней и 10-летней давности? — изогнул бровь Рэн. Он действительно не понимал этого. Что за фетиш жить прошлым?
— Понятия не имею. Видимо семейная драма… травма, — насмешливо посмеялся Джеффри, явно не разделяющий все эти излишние страдания. — Ну, а если серьёзно, конфликт все еще продолжается. Ибо ни один вопрос там так никто и не решил, — подвел он итог и закончив свою трапезу. Встал из-за стола, выходя в коридор. Рэн вновь остался в одиночестве. Вот только вопросов и тем для анализа появилось еще больше, ему надо все это уложить в голове. Как то.
Глава 20
На берегу Чертова озера толпились люди. Все, кому не хватило места на установленных трибунах, роились по всей линии берега, где разрешено было находиться. В воздухе стоял гул. Людей было, кажется, еще больше, чем в первые два дня вместе взятые. И это при учете идущего на улице дождя. Либо город вошел во вкус, либо же это испытание всем показалось крайне интересным. Чертовы садисты, — все, что пришло в голову Аннабель. Конечно, кому интересно смотреть на безопасный лес и полосу препятствий? Вот озеро, кишащее различными тварями, самое то. Поправив заплетенные с утра колоски, Скардино скрестила руки на груди. До старта оставалось совсем немного времени. Людей подтягивались все больше. Организаторы бегали туда-сюда, что-то обсуждали, что-то доделывали. Но как они ни старались большой экран, на который транслировалась ситуация с дальнего берега, то и дело зависал и переходил просто в шипящие серые полоски. Просто чудно. Вот будет ахриненно, если их в придачу еще и током ударит из-за их паршивенькой аппаратуры. Куда они дели все деньги, что все пять кланов вбухивают в эту паршивую администрацию тоннами? Шмыгнув носом Аннабель чуть поеживалась, прохаживаясь по берегу. Настраивалась. Стоять в обществе родителей как то не особо хотелось, они все равно как заведенные повторяют одни и те же наставления и уроки. Голова уже кругом идет. Фанатики. Сделав пару шагов в сторону, она приблизилась к Рэну, стоящему у самой воды, в гордом одиночестве. Стоял, скрестив руки на груди, и смотрел, куда то в никуда. Она ставила все своё состояние, если бы на гидрокостюме были карманы, он бы ими воспользовался. Так и не дойдя до него десяток шагов, она тоже приблизилась к воде, присев на корточки. Холодная зараза. Аж зубы сводит.
— Что с тобой, Аррингтон? — произнесла она, не отрывая взгляд от мутной воды. Он ее слышит. Она знала.
— А что со мной, Скардино? — холодно усмехнулся Рэн, даже не пошевелившись. Настроение было паскудное с самого утра. Да что там с утра, еще со вчерашнего дня. Он не знал почему. Просто мерзко и все. Все достало. Все паршиво. То, что он не понимал, чем вызван такой упадок, раздражало еще больше. Как олень какой-то беспомощный тыкается в забор и в сторону на шаг отойти не может. Просто такие дни. Бывает. Надо перетерпеть, как и всегда.
— Не знаю, — пожала плечами Аннабель, — Просто какой-то странный.
Она и сама не знала, почему спросила именно это. Просто ей показалось, что с ним что-то не так. Буквально со спины видно, что не как обычно в одного стоит.