С этими словами он, сложив салфетку на стол, аккуратно вышел из-за стола. Сказать ему больше нечего. А время на бессмысленные беседы он тратить не желал.
— Ну что, как самочувствие? — улыбнулся Дамиан, сидя на кровати рядом с сестрой. Время было уже начало четвертого дня. Скардино только недавно разлепила сонные глаза. Выспалась на славу. Проснулась она, конечно, одна. Ну, ничего страшного. Зато проснулось. Жаль только, что все тело ныло и неприятно тянуло. Ну… зато жива, — напоминала она себе каждый раз когда ей что-то не нравилось. Свою жизнь она начала ценить раз в сто больше чем до этого.
— Нормально, — пожала плечами Скардино, — Лучше, чем вчера. Только руки болят, — вытянула она запястье с залепленными там глубокими рыбьими укусами.
— Жаль, что драконий жир закончился. Можно было бы намазать, — погладил ее по ноге Дамиан.
— А он у меня есть — посмеялась Аннабель, — Вон там в тумбе.
Она успела даже забыть пор него.
— Так и знал, что бабушка упала не сама, — моментально сложил эту головоломку Дамиан, посмеявшись. Ненадолго поднялся, беря одну из небольших баночек.
— Она меня обидела, — улыбнулась Скардино, — Как она там кстати? Не померла ещё?
— Нет, — хмыкнул Дамиан, аккуратно взяв ее руку в свои, — Лежит в больнице. Ни слуху, ни духу. Отец навещает ее раз в день и на этом всё.
— Не понимаю, чего он к ней бегает. Старая дрянь, — закатила Аннабель глаза. К ней вот ни разу не подошел, даже после всего что было. Ни зашел. А к этой так, пожалуйста. Не то, чтобы ей не певать, но достаточно показательно.
— Не знаю. Не вдаюсь в подробности их отношений, — намазал все укусы Скардино, отложив банку, — На держи, мама сказал выпить, — протянул он ей небольшую микстуру с ядовито зеленой жидкостью.
— Это то, о чем я думаю? — скривилась Анабель, вжавшись в свою подушку. Она узнала этот паршивый цвет и эту микстуру. Это слизь нескольких животных вперемежку с чьей-то там шкуркой и размельченным рогом. Убойное средство для более быстрого выздоровления, но мерзкое на вкус, просто кошмар. Зачем такие мучения? Она пила его пару раз за жизнь. Когда у неё было отравление и нужно было экстренно вернуться в строй.
— Да, — кивнул Дамиан, — Немного поможет для иммунитета.
— Ладно, — выдохнула Скардино, забрав лекарство, положив его под подушку, — Настроюсь и выпью.
— Мне так стыдно перед тобой Анка, — грустно проговорил Дамиан, — Я не помог тебе, когда был нужен. Не спас. Надо было сразу плыть за тобой, когда стало понятно, что вас слишком долго нет.
— Не забивай себе этим голову, — поднялась в сидячее положение Аннабель, — Ты не можешь следить за мной 24 часа в сутки. Я жива. Всё хорошо.
— Я чувствовал что, что-то не так…
— Дамиан, — перебила его Скардино, взяв за руку, — Ты защищал меня всю жизнь. Лучше помни об этом. Если бы не ты, я бы в принципе не дотянула до 20, — усмехнулась она. — Повесилась бы уже к черту раз 6.
— Не смешно, — слабо улыбнулся Дамиан, крепко обняв ее, прижав к себе. — Ты была такая бледная, — вздохнул он, уткнувшись в макушку носом.
— Что там, в итоге с Бруно? — изогнула Скардино бровь, когда они отстранились. Она краем уха слышала выжимку этой истории. Но подробностей так и не было. Но то, что это он она не удивлена. Никогда ей не нравился урод.
— Не знаю, — пожал плечами Дамиан, — Его увезла полиция еще вчера вечером. Мама что-то долго там писала, говорила им. Скорее всего, упекут его в тюрьму.
— Поделом, — усмехнулась Аннабель, — Как там твоя Кьяра? — сменила она тему. Не хотелось больше про это говорить абсолютно. Хотелось наоборот забыть как страшный сон и всё. Никогда не возвращаться к этому дню. Это ужасно. Мерзко. Страшно. Лучше уж обсуждать Кьяру.
— Хорошо, моя Кьяра, — передразнил ее манеру Скардино. — Очень переживала о тебе.
— Да? Как приятно, — посмеялась Аннабель. Все о ней переживают. Даже самооценка как то за грани дозволенного выходит.
— И Рэн твой о тебе тоже переживал, — усмехнулся Дамиан, вспоминая вчерашний день.
— Он не мой, — отмахнулась Скардино, — И ничего он не переживал. Не выдумывай.
Ей вообще трудно поверить, что Аррингтон мог о ком то переживать. Он вон на простые то вопросы огрызается сразу, а тут такое светлое чувство. Она вообще плохо все это помнит, но наверняка он о ней не переживал. Может просто стало стыдно, что это из-за его матери? Да это ближе к истине. Ничего он не волновался. Наверно, интересно стало, чего она рычаг опустила. Вот и все. Переживал бы, другое спрашивал. Наверно. Или остался, пока она не проснется. Или сегодня пришел. А его нет. Вот и вся история. Убедился, что живая, понял, что заняться сексом пока не получится и ушел. Вот точно, припрется через пару дней, когда она уже в себя боле менее придет. Даже обидно честное слово.