Когда он проснулся, было уже светло. Новый день. Ахриненно, за окном все так же лил дождь. В комнате стоял полнейший мрак и бедлам. Ему впервые стало некомфортно в ней находится. Осколки, обломки, бумага, мусор. Все валялось на полу, приправленное водой, что лила с подоконника из-за открытых створок. Было ужасно холодно и неприятно. Тело ныло и болело от сна в одежде, от неудобной позы и, в общем-то, синяков и порезов на руках. Встав, он чуть прищурился. Голова гудела. Время показывало пол 9. Шумно выдохнув, молча растолкав все обломки, прошел в ванную. В голове был штиль. Немного согревшись и придя в состояние какого-никакого баланса, вышел обратно, выудил из шкафа вещи и быстро натянув их, вышел. Да, он знал, что там, в столовой, да и в любой комнате, его ничего хорошего не ждет. Ничего приятного. Но оставаться в этом месте, сейчас хотелось еще меньше, чем вести тупые разговоры. Надо срочно привести ее в порядок. Он буквально остался без собственного дома в собственном доме. Придурок.
— Оо, кто почтил нас своим присутствием, — сразу же протянула Маргарет. Не успел он даже дверь за собой закрыть. Добро пожаловать на представления большого театра Астории. Акт первый.
— А чего, такой тихий. Вчера вон, какой активный был, — выплюнула Аррингтон, раздражено отпихнув от себя блюдо, скрестив руки на груди. Фрэнк и Джеффри пребывали в молчании. По крайней мере, пока. Как к слову и Софа с Аластором. Что тоже сегодня были за завтраком с ними.