— Да ладно? — усмехнулась Алиса, — Может тогда еще и встречалась с ним для добычи информации?
Аннабель промолчала. Задумалась. Что ей ответить? Может быть соврать? Скажет, что и правда встречалась только ради информации. Может и пощадят ее. Припомнит пару фактов. Когда что-то важное рассказывала и всё. Может мать даже похвалит. Ей нравится, когда кого-то используют подобным образом. Мол, самый действенный и верный. Циничный, профессиональный. Точно, хороший план. Вот только почему то у неё язык не поворачивается это сказать. Даже ради спасения. Ведь совсем не для этого она столько времени с ним скрывалась. У неё даже в мыслях ни разу не проскочило что-то там узнавать у него. Может мать специально спросила это? Дает ей шанс на отступную? Дает ей возможность спастись?
— Чего ты молчишь? — позвала Алиса, вновь тряхнув ее.
— Нет, не ради этого, — с трудом проговорила Аннабель, сто раз взвесив все за и против. Хотя какое там все? Против, было только то, что ей просто стыдно так говорить.
— Идиотка, — разочарованно закатила глаза Алиса, отходя в сторону.
— Я всегда вам говорила, что вы вырастили шлюху, — проговорила со своего угла Патриция, — Такую же, как ее мать, они за член что угодно продать готовы.
— Хватит, — бросил ей Джон, раздраженно махнув рукой.
— Симпатичный парень. — хмыкнула Хильда, пожав плечами, продолжая свою трапезу, — Я бы тоже его захотела, будь помоложе.
— Ты опозорила нас Аннабель, — не обращая на неё внимания, произнес Джон, — Ты предала нас. И ты не выполнила наш приказ, поставив тем самым под угрозу нашу победу на грядущих выборах. Ты осознаешь это?
— Да, — кивнула Скардино. А что ей еще сказать? Осознает. Все понимает. Не тупая. И всегда осознавала. И всегда понимала. С самого первого раза. Да все не досуг было в этом признаться. Она предала свою семью уже очень давно. И только подтвердила это тем, что дала Аррингтонам выиграть и даже сама опустила рычаг.
— Какого черта, ты это сделала Аннабель? — не выдержав, вновь воскликнула Алиса, рывком развернув к себе. — Какого черта? Ты что тупая? Или глухая? Или что с тобой не так?
— Я не хотела ничего плохого, — отбросила ее руки Скардино, — Он… он просто мне понравился.
— Заткнись! — рявкнула мать, опять влепив ей пощечину. — Ты променяла этого ублюдка на свою семью!
— Жиффар лежит в коме в реанимации, — проговорил Джон, опустив взгляд. — Исполнять его обязанности на время отсутствия будет его дочь. Она приедет сегодня вечером.
— И что? — шмыгнула носом Аннабель.
— А то, что с его дочерью мы не имеем никаких подвязок, — громыхнул Джонатан, — Вообще никаких! Она была то тут раза 4 за всё время! А Жиффар и вовсе непонятно выйдет из этой комы теперь или нет! что не могла сказать своему псу к ноге пораньше?
— Он приставал ко мне и….
— Да какая разница? — перебил ее мистер Скардино, вцепившись пальцами в стул, — Ты раздвигаешь ноги перед всеми подряд, неужели не могла сделать это хотя бы для дела? От тебя один черт больше нет никакой пользы!
— Это неправда! — воскликнула Аннабель, громко всхлипнув. По щекам побежали соленые слезы обиды и боли, рывком повернувшись, она поспешила на выход, но мать перехватила ее, со всего маху тряхнув обратно.
— Кто тебя отпускал? — рявкнула она — Не надо корчить из себя оскорбленную невинность! Раз не умеешь ценить, что имеешь и прыгаешь в койку к кому попало, я тебе мигом мозги вправлю, паршивка!
— Пусти! Пусти! — завопила Аннабель, не в силах освободиться от хватки. Затрепыхалась в стороны. Но всё тщетно.
— Хватит! — крикнула Алиса, — Завтра в 11, ты как миленькая придешь на испытание и выиграешь его, поняла? Расскажешь журналистам как Аррингтон приставал к тебе, домогался и пытался изнасиловать. Жиффар помешал ему и поэтому он избил его, а ты не имеешь к этому отношения. Поняла? Поняла меня?
— Поняла! — всхлипнула Скардино, осев на пол от проступившей боли. — Отпусти!
— А после того, как мы победим на выборах, я тебе быстро найду достойную для брака кандидатуру. Чтобы не было больше соблазна по мужикам прыгать и семью позорить! — продолжила Алиса, стянув с ее пальца кольцо.
— Отстань! — истерично крикнула Аннабель и наконец, освободившись бросилась к выходу, врезавшись там в Дамиана, и тут же пропылив мимо. Она ощущала ужасную боль. И моральную и физическую. Всякую. Ее жизнь уничтожена. Полностью.
— Что здесь происходит? — недовольно бросил Дамиан, зайдя в помещение. Часы только показали пол 9. Он специально встал раньше и все равно опоздал.
— Это не твое дело, — отмахнулся Джон