— Пришли результаты анализов? — спросил Джеффри. Абсолютно точно помня, что сегодня нужное число месяца.
— Пришли, — хмыкнула Женевьева, — Уже 6 месяц стойкой ремиссии.
— Отлично, — широко улыбнулся Аррингтон, подходя к девушке, положив одну руку на ее плечи, — Давай их сюда. Я хочу посмотреть сам.
— Не доверяешь моим знаниям? — посмеялась Женевьева, выудив из тумбы небольшую папку.
— Доверяю, — усмехнулся Джеффри, забегав глазами по ровным строкам с различными символами, — Но своим больше.
— Вообще-то я училась лучше тебя, — проговорила Вирсавия, облокотившись головой о его ребра. — У тебя по микробиологии и стоматологии было только 8. А у меня все 10.
— Напомнить о твоей пятерке по гигиене? — деловито хмыкнул Аррингтон, перелистнув страницу.
Да уж, время с 16 и до 21-го было наполнено самыми разными событиями. Медицинский университет он такой. Никого не оставит равнодушным. И психически здоровым тоже. Хотя он настолько умён, от природы, что не так это было и сложно. Золотой диплом это было просто обычным результатом любой его работы. Не скроет. У Женевьевы был такой же. Там собственно они и познакомились. Отучились. Потом он даже придумал чудный план взять именно ее медсестрой в их дом. Пускай ее квалификация была гораздо выше. Ничего страшного, просто очень умная медсестра. Поэтому и зарплата была выше. Никто ничего и не заподозрил. Уже 4 года работает. Никто даже не заметил, что он в общей зарплатной ведомости ей еще пару лет назад лишний ноль доставил.
— Эта стерва просто завалила меня, — закатила глаза Женевьева, вспоминая паршивую старуху, что завалила в тот день всех особей женского пола.
— Царство ей небесное, — насмешливо проговорил Джеффри, перекрестившись, откладывая папку в сторону. Девушка лишь посмеялась.
— Проверил?
— Да, — качнул головой Аррингтон. Его более чем устроило. Все даже радужнее, чем он планировал, — Ты молодец. Можешь забрать свой приз, — хмыкнул он, выудив из кармана небольшой флакончик с чем-то.
— Что это? — насторожено посмотрела на вещь Вирсавия, — Я ведь уже выздоровела. Зачем это?
— Это для закрепления результата, — продолжал держать Джеффри бутыль. — Он на основе двух образцов крайне сильных энергетически людей. От них жизненных сил убудет максимум на один прострел в колене. А тебе крайне поможет.
— Чьё это? — поджала губы Женевьева, забирая флакон. Эта тема достаточно напрягала ее. Ее вроде как полное выздоровление от лейкемии произошло еще полгода назад. И любые лекарства сейчас воспринимались крайне опасливо. Зачем? Она ведь уже здорова. Пусть она и врач, и это неправильно, но она предпочла бы вообще об этом никогда не вспоминать. Ибо думать и знать, что ты вот-вот умрешь, это неприятно. И она бы умерла, ибо стадия ее болезни и их медицина были немного несовместимы между собой.
— Немного крови моего брата, и волос его благоверной, — нагло проговорил Джеффри. Вывести Рэна на крушение чего бы то ни было, крайне просто. Потом только собирай драгоценный материал со всех шкафов и зеркал, — иронично пронеслась в голове мысль.
— Им точно от этого не будет плохо? — пытливо посмотрела Женевьева на мужчину, не торопясь выпивать своё лекарство.
— Да ничего им не будет, — махнул рукой Аррингтон. Отщипнул немного от их здоровья. Но они и не обычные люди. Их максимум от этой дозы — это болящая голова один вечер или отравление. И то не факт.
— Пей, — подтолкнул он дно бутылки, заставляя девушку опустошить его весь.
— Фу, — скрючилась Вирсавия. И почему это всегда так не вкусно? За все время лечения она выпила таких, по меньшей мере, двадцать. Сколько она выпила переработанных черной магией литров крови? Даже думать не хочет. Особенно учитывая, что это кровь была взята, кажется у всех проституток города. Они за деньги готовы дать, что угодно. Вот и давали. Даже не подозревая, что этим отдавали и часть своего и без того, наверно хилого здоровья и жизненной энергии. Как сказал сам Джеффри, он бы забирал и больше, и доз получилось бы меньше. Однако массовая смерть проституток в борделях, в которых его уже заметили, не пошла бы им на пользу. Так что пришлось замедлиться. Да и она была не в восторге от мысли, что кто-то мог умереть.
— И вообще, поменьше думай о других, побольше о себе. Они о тебе уж поверь, думать не станут, — проговорил Джеффри, деловито поправив свой галстук. — Жаль, конечно, что мексиканку дожать не вышло. От неё так сильно фонило магией. Она явно не обычный человек.