— Да! И с Дарвиш они наверно давно торгуют…
— Вообще-то Скардино и сами не лучше!
— Да ты бы заткнулся вообще! — кричали наперебой люди, начав ругаться уже между собой. За считанные секунды светское, политическое мероприятие, переросло в какой-то уличный балаган. Так и до драки с поножовщиной, кажется, уже было недалеко. Борьба за идею ведь самая безжалостная… Полдень пятницы выдался интересным, горячим, страстным, а главное очень богатым на новые факты и открытия. А ведь это только первая неделя долгих предвыборных месяцев….
— Мама, у меня уши сейчас отвалятся от твоего ора. — сморщилась Аннабель, уже битый час сидя на диване в их гостиной. Главные дебаты были уже позади, но вот еще в парочке дискуссий поучаствовать, кажется, всё-таки придется.
— А ты послушай, может хоть немного мозга в головенке появится! — рявкнула Алиса, зарядив дочери затрещину с такой силой, что кудрявые волосы подлетели вверх, а Скардино болезненно сощурилась. А вот это было больно.
— Ау, — пискнула Аннабель, прижав ладонь к виску. Было непонятно, по чему ударили больнее. По голове или по самолюбию. Она не терпела, когда до неё хотя бы дотрагивались как то не так. Но бить⁉ Бить её никто и никогда не смел! Вот старая… старая сука! — пронеслась в голове гневная мысль.
— Мама, — поднял на женщину недовольный взгляд Дамиан, — Ты перебарщиваешь, — пододвинулся он к Аннабель, поправляя лежащую поперек прядь волос. Скардино тут же отмахнулась, брыкнувшись всем телом. С каждой секундой, она всё больше становилась похожа на огромного дикобраза, что выставил свои острые оборонительные иголки. Этот удар оскорбил ее до глубины души, и она уже просто не могла держать себя в руках. Правда, что она больше хочет сделать — заплакать или убить кого-то, она понять не могла. Единственное, что весьма явно выступило на душе так это злость, ненависть и обида. Три основополагающие эмоции Скардино.
— Я перебарщиваю Дамиан? — сверкнула глазами Алиса, — А чего ты этой идиотке, так пару часов назад не сказал, а? Когда она семью нашу позорила!
— Всё прошло нормально. — развел руками Скардино. — Мы оставили хорошее впечатление о себе.
— Ты забываешь о том, что мы с Джонатаном наблюдали за этой встречей, — нервозно выдохнула Алиса, — Изначально может всё и шло хорошо, но что эта дрянь устроила потом… что за базар? Что за балаган?
— Да этого даже никто не заметил. — закатил глаза Дамиан, — Аннабель поддержало большинство.
— Что адвокатом нанялся, да? — ядовито бросила миссис Скардино, — Защитничек.
— Я думал, вы понимаете насколько серьёзная на вас была возложена миссия. — проговорил Джонатан, стоя у камина, молча наблюдая за всем разговором. — Что это не детские игры, и не цирк.
— Чтобы понимать, в голове хоть что-то кроме шмоток быть должно. — раздраженно воскликнула Алиса, — Боже, какой же позор!
— Да пошла ты! — подскочила на ноги Аннабель, спешно вытерев подкатившуюся слезу, — Единственное, что нас позорит — это твое отвисшее, престарелое декольте на каждом приеме!
С этими словами она словно пуля вылетела из гостиной, со всей силы громыхнув дверью, попутно чуть не сбив идущую мимо служанку.
— Какого хрена ты здесь ходишь тупая корова! — рявкнула Скардино, чуть пошатнувшись от столкновения. Перепуганная Нора застыла на месте глядя на в полные ярости и слез глаза, не зная, что ей делать. Собирать упавшие вещи? Бежать? Извиниться?
— Простите меня пож…
— Закрой рот и проваливай отсюда! — перебила ее Аннабель, опустив взгляд на разбросанные платья Алисы, которые видимо, несли в комнату. Недолго думая Скардино со всей ненавистью, что у неё была, потопталась по дорогой ткани, делая в ней несколько дырок острым каблуком. Пусть носит на здоровье. Старая потаскуха.
Закончив свое дело, Аннабель бросилась к лестнице, и не обращая внимания на голоса закрылась за надежными стенами своей спальни. Шмыгнув носом, она со всей силы зарядила рукой по твердой стене и плюхнулась на кровать, уткнувшись в подушку. Слезы покатились из неё ручьем. Трясясь всем телом, она прижала к себе саднящую ладонь с окровавленными костяшками. Какого чёрта вообще произошло? Чем она заслужила к себе такое отношение? Она всегда все делала, как ей говорили! Всегда! Да она согласилась этому отвратительному Жиффару улыбаться и позволять ему к себе клеиться и что? Она все равно тупая идиотка, которую можно бить как какую-то никчемную куклу! Мало ей было раньше сумасшедшей бабки, теперь еще и мать вздумала поднимать на неё руку. За окном опять ударил гром. Вместе с этим послышался стук в ее комнату. Оба из них она решила проигнорировать. Она ничего и никого не хочет сейчас видеть.