— Скажи спасибо моим принципам Скардино, — шикнул Аррингтон, подойдя к ней вплотную, — Иначе давно бы уже сломал тебе шею.
— Да что ты можешь, — усмехнулась Аннабель, — Иди домой к маме, дальше образ брутального одиночки поддерживай.
Все же права была ее мать, понеслось в голове когда, она осталась в полном одиночестве. Причем везде. И про то, что Аррингтоны это ошибки природной эволюции, и про то, что Рэн из них самый жалкий. Строит из себя не весь что, а сам лишний грешок на себя взять боится. За свою черную душеньку все печется. Чего же он о ней не пекся, когда с ней по туалетам зажимался? Да пошли они все к черту. Все! Все разом! Пусть валят из ее жизни. Соберутся где-то там и обсудят, какая же она дрянь, а они такие хорошие! Да она, по крайней мере, не врет и не скрывает, кто она есть! Лицемерные уроды! Как тут вообще можно не нервничать?
Глава 10
С момента бала в доме Жиффара прошла неделя. Неделя без дождя и без ветра. Неделя хорошей и относительно теплой погоды. Неделя… абсолютно мерзких ощущений. Аннабель, уже битый час пялилась в открытое окно, накрывшись с головой одеялом, оставив себе маленькую щель. Часы показывали уже 12, но она не вставала и даже не собиралась. Собственно как и все прошедшие 7 дней. В тот день, когда она узнала, что всё таки не беременна, ей было так хорошо сначала, потом этот урод испортил ей настроение, а потом… А потом к вечеру ей стало плохо и она завалилась в обморок прямо на моменте спуска на первый этаж. Весь дом так переполошился, словно ее с какого то ружья на этой лестнице сняли. Что с ней было, Скардино так и не поняла. В начале, врач сказал, что нервное перенапряжение. Однако в первые дни ее тошнило и болел живот, потом болело горло, а последние три дня она просто чувствовала себя так, словно ее топтала ногами целая рота солдат. Слабость, ноющая боль в голове, трясущиеся руки. Все сошлись на том, что она подхватила поветрие, ходящей по городу эпидемии. Ну и к черту. Ей лично было всё равно, что там ей поставили и что будут давать. Главное, что ее никто не трогал, не разговаривал и не заставлял куда-то идти и что-то делать. Она пропустила два приема, у каких то бизнесменов и одно семейное интервью, и честно говоря, было плевать. У неё была на это причина и она ей обязательно воспользуется.
— Ну как ты? — произнесла Алиса, абсолютно точно присев на кровать у неё за спиной. Жаль, ей лень было встать. Так бы она уже закрыла дверь, чтобы к ней вообще никто не приходил. Неужели это так трудно? Что, и поболеть нельзя нормально?
— Уходи, — глухо бросила Скардино, неотрывно смотря на качающуюся за окном ветку. Она ощущала себя мерзко и ужасно. Липко и гадко. Внутри было пусто. Словно выгорело все к чертям. Она устала от того, что ей плохо. Она расстроена, что именно она угодила в какое-то тупое поветрие. Она очень подавлена, что Дамиан ни разу даже не зашел к ней за эти 7 дней. Неужели ему настолько плевать? Неужели она настолько его обидела, что ему стало всё равно на неё? Ну она же не специально! Она честно… искренни хотела позаботиться о нём. Они не разговаривали вот уже 11 день, кроме того раза возле ее комнаты. С каждым днем злость в его сторону улетучивалась. Улетучивался сарказм. Улетучивалась даже гордость, в итоге оставляя только грусть и уныние. Ему и правда, плевать на неё. Вот настолько она оказалась ненужной и неинтересной, что он променял ее на девку, которую знал тогда 2 недели. Зачем тогда было говорить, что любит и всегда поддержит, если в итоге это не так? Его нет.
— Аннабель тебе уже пора выздоравливать, — проговорила миссис Скардино.
— Я не хочу с тобой разговаривать. Уходи, — шмыгнула носом Аннабель. — И не приходи больше.
— Не неси этот бред, — закатила глаза Алиса, — Сейчас не время предаваться хандре. Врач сказал, что тебе уже должно было стать лучше. Ты что, дуришь нас?
— А мне насрать, что вам сказал ваш врач.
— Я уже теряю терпение Аннабель, — выдохнула Алиса, — Мне хватает твоего брата, с его возобновившемся запоем. Неужели я и перед тобой должна бегать, чтобы вдолбить наконец в ваши головы мысль, что сейчас не время для любой драмы. Всё после выборов. Все проблемы, болезни, и эмоции.
— Дамиан дома? — потерла свой нос Скардино. Возобновившейся запой. А он разве прекращал когда-то свои тусовки? Ах да, в церковь видно не пускали пьяным. Ради этой дряни то, он готов на всё.
— Не знаю, — вздохнула Алиса, — Приходит отоспаться иногда и опять уходит. Что у вас произошло? Я упустила какой-то скандал?
— Нет, — равнодушно бросила Аннабель, — Он просто сказал мне никогда не лезть в его жизнь.