— Расскажи мне еще раз, что произошло.
— Было снежно и дорога обледенела, и у меня… у меня… у меня были проблемы со зрением. — Она проводит манжетами свитера по глазам, кожа вокруг них красная и воспаленная. — Я подъехала к знаку «Стоп» и попыталась затормозить, но колеса продолжали вращаться, а кто-то проезжал перекресток, и я подумала, что врежусь в него, а потом каким-то образом, в последнюю секунду, колеса повернулись, и я выехала на бордюр и врезалась в знак.
Я со вздохом мотаю головой.
— Жаль, что ты не позвонила мне, чтобы я забрал тебя. Ты могла пораниться, Дженни, или что еще хуже. Не стоит садиться за руль, когда ты расстроена, встревожена, и погода плохая.
Ее нижняя губа дрожит, руки прижаты к животу.
Поглаживая ладонью ее затылок, я притягиваю ее к себе и целую в лоб.
— Прости. Я просто разволновался. Рад, что ты в безопасности.
Волнение даже близко не описывает то, что я чувствовал двадцать минут назад. Я полетел домой, проскочив два красных знака светофора на пустых перекрестках, и когда я нашел ее плачущей на парковке, я чуть не задушил ее в своих объятиях. Ее ноги оторвались от земли, и я не опускал ее на землю, пока она не начала колотить кулаками по моим плечам.
Она отводит глаза
— Я больше не хочу водить машину, не по снегу.
— И тебе не обязательно это делать. Я буду забирать тебя, когда буду в городе.
Ее взгляд снова поднимается, широко раскрытые глаза благодарны, но настороженны.
— Правда?
— Конечно. Теперь весь вопрос в том… — Я присаживаюсь, осматривая вмятину на бампере. — Что мы будем с этим делать? — Я провожу подушечкой большого пальца по нижней губе, и когда мне в голову приходит идея, я не знаю, гений я или ненормальный. — Сходи за Индианой Боунс.
— Что?
— Индиана Боунс, — повторяю я, нажимая на вмятину. Она прогибается и отскакивает, и я вполне уверен, что это сработает. — Сходи за ним.
— Гаррет. Ты сейчас это не серьезно.
— О, еще как серьезно.
— Гаррет!
— Дженни. Иди. Возьми. Его.
С искаженным лицом и сжатыми кулаками она топает к лифту.
Она возвращается через несколько минут, прижимая к груди рюкзак, дико озираясь по сторонам.
— Принесла, — шепчет она. — Мы… эм… — Она показывает большим пальцем на мою машину. — Там?
Моя улыбка медленно расплывается, и когда она достигает мегаваттного уровня, я не в состоянии сдержать смех. Дженни хмурится, и я забираю у нее рюкзак, засовываю руку внутрь и достаю этого монстра.
Боже, эта штука чертовски массивная. Толстая. Жилистая. Твердая, но не слишком. Эта штука может нанести некоторый ущерб. Я покачиваю в руках, и Дженни ахает, бросается вперед, втискивая его между нами, когда она обнимает меня и прижимается своей грудью к моей.
Она рычит на мое хихиканье.
— Прекрати смеяться.
— Я только что понял, как мне повезло, что у меня все еще есть оба глаза.
— О Боже. Я ненавижу тебя. — Индиана Боунс начинает вибрировать между нами, и веки Дженни закрываются, когда она глубоко дышит через нос.
— Ты собиралась позволить мне трахнуть тебя этим на заднем сиденье моей машины?
— Что? — Она отстраняется от меня, хватает свой огромный фаллоимитатор, выключает его и ударяет им меня по плечу. — Конечно, нет.
— Угу.
Она наматывает косу на кулак.
— Так что же ты… — Ее рот приоткрывается, когда я опускаюсь на землю, а когда я прижимаю основание присоски к помятой стали, она ахает. — Гаррет!
Я посмеиваюсь над тем, как резиновый член висит там, покачиваясь, и я щелкаю головкой. Всасывание у этой штуки чертовски мощное, что имеет смысл, учитывая ее размер и вес. Я обхватываю его пальцами и упираюсь ногой в бампер, не сводя взгляда с Дженни. С улыбкой я быстро тяну Индиану Боунс.
Я заваливаюсь назад, и член летит вместе со мной, ударяя меня в подбородок. Визги Дженни эхом отражаются от стен, и мгновение спустя она оказывается на мне сверху.
— Ты сделал это, — причитает она, осыпая мое лицо поцелуями. — Спасибо тебе, спасибо тебе! Люблю тебя, Гаррет! — Она скатывается с меня, ее пальцы порхают по бамперу, прежде чем она бросается к машине, обнимая капот.
Я вроде как зациклился на тех трех словах, которые она только что произнесла вместе с моим именем, но вместо того, чтобы вернуться к ним, я встаю на ноги и убираю ее фаллоимитатор в рюкзак.
— На краске есть пару сколов, но я знаю парня, который сможет исправить это. Я позвоню ему завтра.
Дженни молча уставилась на машину своего брата. Наконец, она поднимает на меня глаза, и от их вида у меня становится тяжело на сердце. Это туманные голубая бездна, наполненная слезами, и когда она моргает, они стекают по ее розовым щекам.