Правила, блять, отстой. Не целовать ее тяжело, но самое сложное — это не держать ее за руку.
Становится только сложнее, когда мы едем через парк Стэнли на поезде под открытым небом, по тропе, освещенной мерцающими огнями. Все, что я хочу сделать, это притянуть ее к себе, почувствовать, как тепло ее тела распространяется на мое.
— Хорошая идея надеть теплое пальто, Медвежонок Гэри.
— Я же говорил, что твое красивое пальто не подойдет.
— Так это некрасивое?
— Что? — Я толкаю ее локтем в бок. — Я не попадусь в твою ловушку, Беккет.
Дженни тихо хихикает, придвигаясь ближе и кладя свою руку на мою.
— Жаль, что у меня нет кружки твоего горячего шоколада. Ты готовишь самый лучший.
— Полпачки мини-маршмеллоу и пару глотков горячего?
— Да. — Она задумчиво вздыхает, глядя на деревья, огни, звезды над нами. — Спасибо, Гаррет. Это лучшее свидание, на котором я когда-либо была.
Я издаю смешок.
— Это единственное свидание, на котором ты когда-либо была.
— Да, конкуренции нет. — Она снимает перчатку и осторожно обхватывает мой мизинец своим, прежде чем снова обратить свой взгляд на то, как сияет эта ванкуверская ночь. Затем она бормочет:
— Думаю, оно все равно было бы самым лучшим.
— Гаррет, можно нам попкорна?
— Мы можем купить попкорн, Дженни.
— Можно в попкорн побольше масла?
— Мы можем добавить в попкорн побольше масла.
Дженни крутится вокруг, ее глаза сверкают.
— Как насчет Скиттлз? Мне нравятся тропический. Не хочешь выпить со мной? Может, «Рут бир»? Не пила его, наверное, несколько лет.
Я хихикаю, делая мысленную пометку запланировать больше свиданий в кино в будущем. Ее счастье заразительно, и я лишь хочу подпитывать его.
Мой телефон жужжит, я вытаскиваю его из кармана.
— Это снова мой брат?
— Ага. — Это уже четвертое сообщение за сегодняшний вечер, и каждый раз вопрос один и тот же.
Картер: что вы сейчас делаете?
Если я не отвечаю в течение первой минуты, он посылает мне ровно семь вопросительных знаков, так что я научился действовать быстро. Это помогает, потому что, если я отвечаю на его сообщения, это означает, что мои руки не там, где им не положено быть.
Нагруженные закусками, мы поднимаемся по лестнице кинотеатра и находим два отдельных места сбоку, прямо у прохода.
Мы съедаем половину попкорна еще до того, как заканчиваются трейлеры, и Дженни в следующий раз удачно промахивается мимо пакета, задевая мой член.
— Упс. — Она хихикает. — Не заметила тебя там, здоровяк.
— Продолжай в том же духе, и мы даже не успеем выехать с парковки, как Индиана Боунс совершит налет на твой храм, солнышко, — бормочу я, запихивая в рот пригоршню попкорна. — Я уложу тебя на кожаный салон машины, пока ты уже будешь стонать мое имя.
Дженни рядом со мной напрягается, и я собираюсь извиниться, если зашел слишком далеко, но ее взгляд прикован к группе парней, поднимающихся по лестнице. Ее рука оставляет мое бедро, хватаясь за подлокотник между нами, а ее грудь быстро поднимается и опускается.
Я толкаю ее в плечо своим.
— Ты в порядке?
Она сглатывает, когда мужчины подбираются ближе.
— Я хочу домой.
— Что?
Один из парней смотрит в нашу сторону, медленно расплываясь в улыбке, когда он надевает шляпу задом наперед.
Дженни быстро поворачивается, сбивая попкорн с моих колен.
— Черт. Черт.
— Эй, что происходит…
— Гаррет, пожалуйста. — Ее глаза встречаются с моими, безумные, умоляющие. — Я хочу домой.
— Дженни, блять, Беккет. — Придурок в шляпе — Из «Торонто Мейпл Лиф» — останавливается рядом с нами, ухмыляясь Дженни. — Черт, сколько прошло времени? Плюс-минус шесть лет?
Она не отвечает, просто смотрит на него, сжав руки в кулаки.
— Хорошо выглядишь. Нам стоит как-нибудь потусоваться. Я скучал по тебе. — Он сдержанно смеется, оглядываясь на экран, где все еще идут превью. — Знаешь, я всегда думал, что там, на большом экране, будешь ты.
Ногти Дженни впиваются в подлокотник.
Я не знаю, кто этот парень, но когда его взгляд останавливается на моем, высокомерный и надменный, я почти готов ударить человека, которого никогда раньше не встречал. На самом деле, я уже ненавижу его сильнее Саймона.