— Ты и Стив?
— Саймон. — Я ахаю, когда он водит пальцем быстрее.
— Ммм, не-а. — Он втягивает мой клитор в рот, нежно перекатывая набухший бугорок между своими зубами. — Мне это не нравится. Я облизал твой клитор. Он мой.
В моей груди зарождается смех.
— Это только для шоу.
— Мне все равно. Не заинтересован в том, чтобы делиться, даже для шоу. — Он скатывается с меня, и, когда он встает, с моих губ срывается обиженный вздох. Он улыбается. — Не волнуйся. Я сейчас вернусь.
— Куда ты… — Мои слова умолкают, когда он медленно выдвигает ящик прикроватной тумбочки, не отрывая от меня взгляда, и мое сердце бешено колотится, когда он опускает руку внутрь.
— Тебе некомфортно?
Так ли это? Мне было суждено прожить жизнь в центре внимания из-за брата. Вы можете узнать обо мне все с помощью обычного поиска в Google, за исключением нескольких личных моментов, которые пиар-команда Картера усердно скрывает от сети. Вот эта часть меня, то, как я беру свой сексуальный опыт и потребности в свои руки, потому что я так долго не могла доверить их кому-то другому, — это самая интимная часть меня. Было весело и волнующе дразнить его, когда он был за сотни миль отсюда, но теперь он здесь. Я волнуюсь, да, но разве мне неловко делиться этим с Гарретом?
Я подтягиваю колени к груди.
— Я никогда ни с кем этим не делилась. Это всегда касалось только меня.
— Для меня будет честью, если ты поделишься этим со мной, но я пойму, если ты не захочешь. — Гаррет берет мою руку в свою, проводя по каждому пальцу. — Я никогда не буду заставлять тебя делать то, что тебе неприятно. Обещаю, Дженни.
Думаю, я знала это с тех пор, как все это началось, но в любом случае это приятно слышать. Может поэтому я киваю.
— Хорошо.
Гаррет улыбается, и я очень смущена, когда он закрывает ящик и забирается на кровать с пустыми руками.
— Что ты делаешь, Андерсен?
Он обнимает меня, утыкаясь носом в шею, оставляя дорожку поцелуев на моем плече.
— Обнимашки. Я все еще могу потрясти твой мир, позже, если ты к этому готова.
— Это здорово. Вроде как думала, что ты сейчас будешь потрясать его, ну, знаешь… чем-нибудь резиновым.
— Что?
— Я сказала «хорошо».
Он резко садится, чуть не ударив меня кулаком в лицо, когда выкарабкивается.
— Но я думал, ты имела в виду… Я думал, ты просто, как бы… подтверждаешь мое обещание. — Он уклоняется от выражения моего лица, затем прижимается к матрасу, как животное, готовое к прыжку. — Ты действительно этого хочешь?
— Я действительно хочу, чтобы ты это сделал.
Он издает горловой звук. Начинает пронзительно и восторженно, а заканчивает глубоким вибрирующим рычанием — все таким же восторженным. Он сжимает мои запястья, седлает мои бедра и нависает надо мной.
— Скажи это. Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я тебя трахнул.
Приподняв бедра, я прижимаюсь к нему, с удовольствием наблюдая, как искажается его лицо, ведь он вынужден сопротивляться желанию проникнуть в меня. Я испытываю свою удачу? Безусловно. Это весело? Необычайно.
— Фальшивым членом.
— Мне плевать, Дженни. Просто, блять, скажи это.
Обхватив его ногами, я крепко прижимаю его тело к своему. Мне никогда не было так тепло, как рядом с Гарретом. Я знаю, что наши отношения носят физический характер, но то, как он относится ко мне, говорит мне, что в первую очередь я его друг, и что он предпочел бы это всему остальному, если бы пришлось. Он знает, когда нужно быть грубым, командующим, собственником, и в то же время знает, когда показать мне свою терпеливую, нежную и бестолковую сторону. Но, прежде всего, он всегда искренен со мной, и приятно больше не гадать, что у него на уме, когда он смотрит на меня.
Мои запястья все еще в его хватке, и я поднимаю подбородок. Гаррет приникает губами к моим губам, и в последний момент я уворачиваюсь, задевая губами его уши и покачивая бедрами.
— Я хочу, чтобы ты трахнул меня.
Из его груди вырывается чувственный рык, когда он прижимается своим ртом к моему, отпуская мои запястья, чтобы впиться пальцами в мою талию, когда мы двигаемся вместе. Все вокруг горячее и влажное, и мою кровь обжигает такое глубокое, такое дикое желание.
Гаррет протягивает руку между нами, заставляя меня отползти назад, прежде чем он скатывается с кровати. Его рука исчезает в ящике, но он отвлекается, внезапно меняя направление. Он достает крошечную розовую стеклянную пробку с драгоценным камнем на конце, и морщится, когда изучает ее. Его рот приоткрывается, глаза загораются, а взгляд мечется между мной, розовой пробкой в его ладони и опускается к его члену размера XL.