По телу пробежал невыносимый холод – странно, ветер по-прежнему тихий. К груди будто прицепили огромный груз, хотелось стыдливо спрятать лицо ладонями, но они лишь сжались в кулаки.
– А я думала, что...
«Ничего ты не думала! – восклицал злой внутренний голос. – Зациклилась на себе и своих проблемах, даже не сложив 2 и 2! Эгоистка... Ты же интуитивно понимала, что Влада вела себя так совсем не по твоей причине. А ещё успела обвинить её в двуличии!»
Завершить произнесённую фразу она не смогла, та больно застряла в горле. Получилось только небрежным образом оборвать себя:
– ...не важно, пустяки, – молчать было нельзя, и Маня попыталась отвлечься, обратившись к Паше. – Я поговорю с ней, если она захочет. Я не буду настаивать. Надеюсь, с её родными всё будет хорошо.
Маша старалась произнести это как можно ободряюще, однако, повернувшись к Павлику, встретила грустную улыбку.
– Не принимай это на свой счёт. Все мы люди, никто не может с точностью предугадать, что произошло у человека. Ты не телепат. Не появись я в нужное время, я бы, возможно, даже не прознал о случившемся.
– Не правда, – сразу оспорила Маша. – Ты очень чуткий и внимателен к деталям.
В воспоминаниях сразу промелькнули моменты, как Павлик отвлекал и веселил ребят всеми возможными способами, если замечал их волнение. Как всего неделю назад он спрашивал, не утомили ли Маню его сочинения, так как внешний вид у неё мог быть слегка потрёпанным. Даже сейчас он не упустил из поля зрения упадок её настроения, вероятно, ещё когда она играла «Лунный свет». Вот кто точно в непонятной ситуации не подумает в первую очередь о себе.
– Возможно, – повторил он вновь со всей серьёзностью, и взглянул ей прямо в глаза. – Но и я не телепат. Внимательность – это, конечно, хорошо, но надо учитывать, что она не всегда работает. – Вдруг уголки губ приподнялись, и Паша одарил её тёплой улыбкой. – Я посоветовал Владке поговорить с тобой, потому что был уверен, что ты точно знаешь, как её правильно поддержать. У тебя, по моему мнению, дар – делать так, чтобы на душе становилось легко.
Рука Мани, что больно впивалась ногтями в кожу, ослабла. Внутри будто распутались тугие узлы. Как же было приятно и невероятно важно это услышать... Павлик говорил так мягко, уверенно и с такой заботой, что это моментально подействовало как лекарство, исцеляя от, казалось бы, самого скверного расположение духа. Если Павлик верит, что у неё получится всё исправить и помочь подруге в беде, то Маня это сделает. Больше не поддастся злым эмоциям и не будет совершать поспешных выводов. Значит ещё есть спасение.
– От твоих слов мне самой уже стало легко.
Она еле поборола желание порывисто обнять, прижать к груди, ухватиться ладонью за тёмные волосы на затылке и позволила себе только смущённо опустить веки:
– Спасибо большое, что всё-таки поделился: мне гораздо лучше, зная о всей ситуации. Буду рада её выслушать, как только появится повод!
Оба они кивнули друг другу и невольно перевели взгляды на друзей, от которых успели сильно отстать. Уловив Пашину просьбу, что только хотела сорваться с губ, Маня, не дожидаясь, прошептала:
– Лучше им потом расскажет Влада. Сама. Если посчитает это нужным.
– Да, а то мне и так немного совестно перед ней, – Павлик виновато оскалил зубы.
– Думаю, раз она, как ты сказал, хотела со мной позже поговорить, тебе не стоит об этом беспокоиться. Пойдём, догоним?
Возвращаясь к компании, многого, как оказалось, они не упустили. Интеллектуальные споры о тонких вкусах в моде между Мухиным и Кравчук прекратились, и тема концертов заново вышла на первый план.
– Не, ты зря гонишь. По мне, мы тогда неплохо провели время, – вновь продолжал в чём-то настаивать Мишка перед Наташей.
– Да, репетиция была в центре, мы тогда даже погуляли, – Динара также добавляла аргументов в его сторону.
Маленькая Аристократка не унималась:
– Но держать нас там чуть ли не допоздна – это слишком!
– О чём речь? – догнав ребят, быстро спросил Пашка.
– Мы о той репетиции ко Дню учителя. Помнишь? Прошлой осенью, – пояснила Динара и продолжила сетовать подруге. – Ну задержали нас, ну ничего страшного, зато все вместе по проспекту погуляли.
– Так я что спорю? – выпалила она, но в последующих рассуждениях немного смягчилась. – Ладно, да, было здорово: поболтали, погуляли, какао попили... Но нам пришлось минут двадцать стоять на остановке и мёрзнуть, пока не сели в последний автобус. Я думала, мы вообще оттуда не уедем.