Наконец спустя долгих, по его ощущениям, пяти минут он добрался до алюминиевой трубы и вцепился в нее руками, обхватил ногами и вздохнув, скатился вниз. Холодный дождь тут же волной обрушился на голову, засохшая на лице кровь стала стекать по шее светло-розовыми каплями, пачкая одежду. Встряхнув мокрыми волосами Бибер направился по газону.
— Черт!- он ругнулся, ударившись ногой о булыжник, валяющийся прямо на траве. Переступил, а потом с коварной мыслью вернулся обратно. Взяв тяжелый камень в руки он выпрямился и уставился на разбитое окно на втором этаже. С любовью брату на прощание. Прикрыв рукой глаза от дождя он размахнулся и со всей силой зашвырнул камень в соседнее блестящее каплями воды окно. Звон ударил по ушам и Джастин с уставшей улыбкой наблюдал за летящими вниз осколками. Спустя минут в разбитом окне появился Маэль со стаканом какого-то напитка.
— Ну ты и сволочь, Бибер. — с насмешливой улыбкой покачал головой тот, проводя пальцем по острому изломанному остатку от стекла.
— Гори в аду, Холдейн! — Джастин приставил ладони ко рту и заорал, что есть силы. А потом сделал неприличный жест и развернувшись направился к своей машине.
— До субботы, малыш! — засмеялся ему в след Маэль. Бибер даже не поворачиваясь поднял руки, показывая брату средние пальцы. С дерзостью толкнул калитку и пикнув сигнализацией уселся в машину. Обидно. Он замочил салон любимой тачки.
Машина на скорости летела по автостраде, рассекая холодные лужи. Джастин устало смотрел на дорогу, положив одну руку на руль. Капли дождя барабанили по стеклам, создавая неуют ную атмосферу. Он устал и ему хотелось спать. Что бы рядом был кто-нибудь теплый и тихий. На часах ровно 8, к собранию он не успеет, а это извещало лишь то, что у него будут неприятности.
Джастин промок до ниточки, холодная ткань неприятно липла к телу и от этого становился не по себе. Джастин закашлялся. В груди стало больно. Черт.
Хмурясь он смотрел прямо перед собой, то переводил взгляд на свои руки, пальцы, кольцо, которое подарила мама. Последний поворот и за ним показался мрачный в такую погоду колледж. Огромные черные ворота пропустили его машину на стоянку. Припарковавшись Джастин вылетел из машины и побежал ко входу, жмурясь от холодных капель, которые неустало заливали все вокруг. Только когда он оказался в просторном холе он перевел дыхание. Молнией взбежал по лестнице на третий этаж, дрожащими руками достал ключи из кармана и открыв комнату влетел во внутрь.
— Я убью тебя. — Том стоявший к нему спиной резко повернулся и с холодом в глазах наступая на Джастина, который прислонился спиной к двери, как только закрыл ее. — Идиот.
— Том… — он перевел дыхание, отводя глаза.
— Как ты можешь быть таким неосторожным?! Я навешал Мэйсону лапши на уши, что ты и впрямь плохо себя чувствуешь. И пол часа уговаривал его не тревожить тебя! А что если бы он сюда приперся? Ты бы уже сегодня ехал обратно домой! Ты просто невыносим! Не мог позвонить что ли? Где носило твою задницу?! Что с тобой? Что с твоим телефоном, черт возьми? Бибер!? — парень схватил его за рукав куртки и потащил к ванной. — Ты себя видел, блять?
— Флетчер. — заводясь прорычал Джастин. — Прекрати. Меня. Отчитывать. Я не маленький мальчик! — он выдернулся и отошел в сторону, снимая с себя насквозь мокрую куртку.
— Что случилось? Что с твоим лицом? — резко спросил брюнет.
— Отстань от меня! Я ничего тебе не расскажу. — отмахнулся Бибер, дрожа от гнева.
— Придурок. — фыркнул Том, покачав головой. — Бибер. — парень подошел к тому, беря за руку. Но Джастин тут же вырвался, тонкие пальцы стали ловко расстегивать пуговички на мокрой рубашке.
— Не трогай меня. — спокойно сказал он. — Не спрашивай ничего, если любишь.
— Да не люблю я тебя! — на эмоциях воскликнул Флетчер.
— Что ж. — Джастин поднял голову с холодом в глазах и смерив парня коротким взглядом, скользнул в ванную. — Спасибо.
Раздевшись Джастин залез под теплую воду, согреваясь и смывая с тела кровь. Он задумался, понимая, что в его жизни все не так просто. Все всегда вертится вокруг него. Все вокруг слишком стремительно меняется. Сложно быть невозмутимым. Сложно быть равнодушным и сильным. Восемнадцать лет — ничтожный срок для мира, в котором менее чем за столетие кареты, запряженные лошадьми, сменились спутниками и небоскребами. Но для Джатсина в восемнадцать лет уместилась вся его жизнь, крохотная вселенная. Мир для него был таким всегда. Трудно представить себе даже то, что мир существовал прежде, до твоего рождения, что уж говорить о целой тысяче лет.