— Такова жизнь, Вейн. — пожал он плечами. — В жизни я использую в качестве оружия всё то, в чем разбираюсь. Придется с этим смириться.
Победу нужно было отпраздновать. Только им совсем не хотелось шумных гулянок с кучей алкоголя. Вечер в узком кругу друзей — намного более приятен.
Можно просто прийти в комнату, сдвинуть две большие кровати, чтобы поместиться вчетвером и хорошо провести время.
— А ты говорила я не романтичен. — пробормотал Джастин, вручая своей малышке чашку горячего шоколада.
Том, в чьих обьятиях лежала Виктория чуть усмехнулся, смотря на друга, который обеспечив всех чашками со сладким напитком теперь копался в шкафу, пытаясь отыскать одежду.
К вечеру погода вновь испортилась. Ох, уж эта проклятая Англия со своими вечными дождями и серыми тучами.
— Ты заделался романтиком только после того, как получил желаемое. — слабо улыбнулась уставшая Нэл, раскидав свои кудри по мягкой подушке.
Джастин накинул на голое тело теплую клетчатую рубашку, даже не удосужившись застегнуть пуговки и забрался на кровать, удобно примостившись рядом с брюнеточкой.
Малышка Вейн, из одежды на которой была только майка, спальные шортики и гольфы до колен, рефлекторно прижалась ближе к парню, закидывая одну ножку ему на бедро. Он невероятно горячий, он согревал получше всякого там горячего шоколада, который она держала в руках.
А к его голой рельефной груди можно было приложить ладони, как к огню и моментально согреться. Было так горячо, как будто у него жар. Но она знала- он совершенно здоров. Просто он такой. Теплый.
— Ты пожаловаться хочешь? — блондин изящно вскинул бровь.
— Меня все устраивает. — поспешно заверила девушка, дотягиваясь губками до его вздернутого носика. — Я смирилась. — акцентировала она, одарив его легким поцелуем.
Бибер улыбнулся, а потом протянул через нее руку.
— Не спи, малыш. — он нежно скользнул пальчиками по руке Тома. Брюнет лениво приоткрыл глаза и слабо улыбнулся, повернув голову к парочке.
— Устал. — вздохнул он, поглаживая ладонью спинку, спящей на его груди Виктории.
— Может нам действительно задуматься о карьере футболистов, Томи? — Джастин расслабился, приобнимая Нэл и забрав у нее шоколад, отставил чашку на тубмочку.
— О нет. — голубоглазый красавец возвел глаза к потолку. Он понимал, что друг шутит. Футбол- слишком несерьезно для них обоих.
— Ладно. Ты у нас психолог, исключительно.
— А ты исключительно кондитером будешь. — ехидно подметил Том.
— Эй! — возмутился Джас. — ущипнув того за бок. Том заерзал на кровати.
— Ну а что? — лениво пробормотал он. — Ты с детства любил готовить и заставлял меня все это дигустировать. А я все боялся….за свой… — парень зевнул, прикрывая ротик ладонью и снова прикрыл глаза. Говорить так лень было.
Бибер фыркнул и надув губы умостил свою голову у Нэл на груди. Ему так удобно, видите ли. Она не возражала, еще некоторое время перебирала его пряди на затылке и слушала спокойное дыхание присутствующих.
А потом они все так и уснули. Под двумя одеялами. Нэл очень ошибалась, когда думала, что этой ночью ей удасться хорошо выспаться. Потому что ей совсем не удалось. Снился ужасный сон. Настолько правдоподобный, но ужасающе темный, что она даже не запомнила, что и к чему. А потом ….А потом ей снился Джастин. Он плакал у нее на коленях. Тихо и бессильно. Смотрел перед собой стеклянным отсутствующим взглядом, а с его глаз двумя горькими дорожкими лелись слезы, скатываясь по его щекам, губам, подбородку. Она гладила его волосы и просила прощения. Отчаянно просила, что-то там бормотала, переодически склоняясь и целуя его в висок. А он все плакал…
Нэл проснулась от ужаса увиденного и от того, что стало холодно… Чувство-будто ледяной водой окатили и она тут же поджала ножки, пытаясь согреться. В груди зашевелилось волнение, неспокойное такое, давящее…..А еще она поняла, что по ее щекам слезы текут и приложила ладошку к мокрому, холодному лбу. Джастин мирно сопел рядом. Вот он. Здесь. Рядом. Все хорошо, он спит и он не плачет. Нэл с этими мыслями испуганно прижалась ближе к нему, уткнувшись носиком ему в шею. Тише-тише. Успокойся, малышка. Это всего лишь сон.
Пятница. Осознование того, что уже пятница вводило Джастина в ужас. Как никогда раньше. Чуство волнения не покидало его с самого утра. С того самого момента, когда он проснулся, обнаружив жмущююся к нему Нэл. Разумеется, это ему понравилось. Она обнимала его руками, как будто не желала отпускать. Но нравилось это до того момента, пока она не подняла на него глаза, чуть ли не плача. И даже ее «все хорошо» на его «что случилось, малыш?» не принесло никакого облегчение. Он провел девушку на информатику, а сам отправился на поиски человека, который именно сегодня должен быть у него на виду.