— Что? — удивившись Том привстал, тут же застонав и поморщив носик приложил руку к голове. Казалось еще чуточку и она расколется на части. — О чем ты?
— Видимо тебя хорошенько огрели по голове. — заметил с ехидной улыбкой Маэль. Том смерил его уничтожающим взглядом и нахмурился.
— Что с Джастином? — вздохнул нервно брюнет.
— Ему прислали диск с видео, в котором его беременной подружке обрезают волосы, а потом убивают. — быстро говорит Холдейн. Не обращая внимания на шокированные глаза Тома он продолжает. — Представляешь, что с ним было?
— Они не могли. — Том судорожно вздохнул, качая головой. — Они не могли убить ее. — он почувствовал приближающуюся истерику при мысли… Но тут же взял себя в руки. — Что с Джастином?
— Он злится на весь мир и сходит с ума. Сейчас он опасен. Для всех, а в первую очередь для самого себя. Я запер его в своем доме и приставил охрану. Но на долго это его не удержит. У меня мало времени.
— Ты врешь. — Том не верил. Этого невозможно. Это же с ума сойти.
— Подумай, Томи, зачем мне это нужно? — хрипло прошипел Маэль, сузив темные глаза.
— Не знаю. От такой твари, как ты можно ожидать все, что угодно.
— Давай обменяемся комплиментами позже. — сдержанно отчеканил парень. — А сейчас ты должен рассказать мне все, что знаешь о его подружке. Кто такая. Откуда приехала. Где родилась. Сколько лет.
Флетчер непонимающе нахмурился, закусив губы.
— Зачем тебе знать, откуда приехала Элеонора?
— Элеонора? — засмеялся Маэль. Он в притворной усталости закатил глаза.
— Так я и знал, Томи. — прошептал блондин. — Ты так наивен, глуп и невнимателен. Собственно, как и мой братец. Столько времени проводить с девченкой и не замечать, как она обводит вас вокруг пальцев.
Кажется было слишком много шокирующих новостей для Тома. Он перестал понимать, что происходит и почувствовав кошмарную тошноту улегся на подушку.
— Ты совсем крышей поехал. — устало выдохнул он. — Тебе лечится нужно.
Светловолосый усмехнулся и бесцеремонно уселся на край постели, оперся на ладонь и привстал. — Я обьехал пол Британии, пока искал ее дядю, который устроил себе медовый месяц, даже не подозревая о пропаже девченки. И при «милом» общении с ним я узнал пару интересных вещей. — вкрадчиво шептал парень. — Во-первых девченку зовут вовсе, не Элеонора Вейн. А Кадмина Берарди. И во-вторых, он ей никакой, черт возьми, не дядя. Понимаешь ли ты, дорогой, что это значит?
Том, казалось, побледнел еще больше. Все сказанное Маэлем никак не желало укладываться в его голове.
— Это невозможно. — проговорил он, поджав колени и с недоумением на лице прислонился спиной к спинке кровати.
— Все в этом мире возможно, Том! — холодно возразил блондин. — И видимо, я был слишком оптимистичен, когда рассчитывал, что ты чем то способен мне помочь. Ты так же безнадежен, как и…
— Я не безнадежен! — фыркнул возмущенно брюнет, покосившись на светловолосого, который лениво развалился в кресле и потирал лоб.
— От тебя помощи как от дырявого ботинка. — отмахнулся парень и поднялся с кресла, поправляя капюшон толстовки.
— Куда ты?
— Спасать задницу своего брата. — развел руками Маэль.
Том недоверительно изогнул бровь.
— Зачем тебе это? — усмехнулся он презрительно. — Тебе всегда было плевать на него. Ты всю жизнь над ним издевался…
— Да да, Томи. — закатил глаза парень. — Я тот, кто испортил ему жизнь. Я тот, из-за кого он ревел в подушку. Я не достоин прощения! Я все это знаю, приятель. Но хоть раз в жизни я хочу сделать для него что-нибудь особенное. Чтобы потом умереть с наполовину чистой совестью. В конце — концов он мой брат. Он никогда не был мне безразличен.
— Я пойду с тобой.
Маэль грустно улыбнулся и покачал головой в знак отрицания.
— Нет, парень. Не хочу, чтобы ты умер по дороге. Это может испортить впечатление от моего сюрприза.
— Я в порядке. — решительно ответил Флетчер, откидывая одеяло в сторону и прикусив губы попытался встать. Было больно, все тело неприятно ныло.
Подняв подбородок он удивленно посмотрел на протянутую к нему руку.
— Возьму тебя с собой, если обещаешь не задерживать. — беспечно проговорил Маэль. Том с готовностью кивнул и уцепился за протянутую ладонь.
Ей до отчаяния не хотелось видеть его мучения. Поэтому стоя перед закрытой дверью Лу все никак не решалась войти внутрь. Даже она, сильная и непробиваемая девушка, не могла сдержать слез, когда думала о том, что он чувствует. У него не осталось никого.