Нэл докажет, что может.
Джастин Бибер какая-то ужасная загадка, внезапно появившаяся в её жизни, которую необходимо разгадать. Она чувствует, что необходимо. Элеонора Вейн никогда не оставляет загадки неразгаданными, а задачи нерешенными.
— И долго ты будешь там стоять? — раздается приглушенный спальней насмешливый голос.
Самая главная загадка — почему к этому Биберу так тянет.
У Нэл перехватывает дыхание.
— Вейн, я же слышу, как ты тяжело дышишь. — его хрипловатый голос кружит ей голову в тот же час.
Она медленно открывает дверь и заходит, стараясь не смотреть на парня, ступая по полу осторожно, на носочках, без лишнего шума. Но тот все равно её будто не видит. Нэл замечает, что Джастин с интересом разглядывает потолок собственной спальни, закинув руки за голову, и сразу создается такое впечатление, что он здесь первый раз. И девушка не понимает, почему она вдруг на какое-то мгновение почувствовала злость на Бибера, лежащего с лицом древнегреческого философа-мыслителя.
Девушка осторожно ложится рядом, забираясь под теплое одеяло.
— Что ты делаешь? — Джастин приподнимается на локте и нависает над ней.
Она следит за бликами света на его бледной коже. Он будто сделан из мрамора, и Нэл думает о том, какой же он на ощупь.
— Ложусь спать, — зло бросает она.
Почему-то ее задевает его безразличность.
— Ты что серьезно? — он приподнимает бровь. — В моей кровати девушки спят только голыми. — надменно сообщает он, скользнув пальцем по ее шее.
Элеонора сверлит его грозным взглядом, стараясь смотреть на его высокомерно ухмыляющееся лицо, а не на обнаженный торс.
— Я не буду раздеваться перед тобой до конца, Бибер! — передразнивает девушка. — И если ты не заметил, я уже легла.
В следующую секунду сильные руки парня скидывают её с кровати.
— Скажи мне, Вейн, что я там не видел? — ехидно тянет он.
Нэл смущается. Она чувствует, как заалели щеки под изучающим взглядом парня, чувствует, как участился пульс, и что кровь быстрее бежит по венам, будто бы тоже подгоняя её.
— Не буду. — Она быстро шмыгает под одеяло, ложась на самом краю кровати.
Вейн думает о том, что если она не переместится немного, то продолжит свое увлекательное знакомство с полом в спальне Бибера, но быть к хозяину спальни хоть на капельку ближе, ей вновь страшно.
В противовес её мыслям он двигается сам — медленно, будто растягивая удовольствие от осознания того, что она почти не дышит, и что её сердце замерло, остановилось. Он ложится на локоть и смотрит, внимательно изучая каждый сантиметр её лица.
Он так близко, что она может снова чувствовать его запах. Это что-то свежее, прохладное, это запах морского бриза с далекого берега Франции, запах бесконечного небесного свода, морозного утра. И Нэл хочется зажмуриться и плыть, вдыхая его в себя, чтобы было легко и свободно. Она закрывает глаза и вслушивается в его запах, пока не вздрагивает от его прикосновения.
Рука Джастина медленно скользит по животу, чуть приобнимая её и останавливаясь.
— Бибер? — шепчет она, инстинктивно сжавшись внутри в комочек.
— Что? — невозмутимо спрашивает он, продолжая неотрывно смотреть на нее.
Нэл смотрит на его лицо. Она видит, что он серьезен. И она видит его глаза.
Они просто невероятны. Уже который раз за этот день она думает, что у человека не может быть таких глаз. Они слабо светятся, мерцают, хотя отражать им совсем нечего. Кажется, что они сами источник света, внутреннего света Бибера, который он устал держать в себе и который рвется наружу.
Влечение бабочек к огню так просто объяснить.
Нэл только собиралась уснуть, но с его прикосновениям сон и близко не подходит.
— Ты не мог бы…..-голос дрожит. — отодвинуться…?
Она чувствует, как рука двигается выше, к её груди, обжигая кожу, и нерешительно замирает.
— Зачем? — шепчет Бибер, наклоняясь ниже и целует ее в шею, закусывая губами кожу девушки.
Нежно и мучительно медленно.
— Джастин, пожалуйста. — жалобно просит Нэл. — Я буду спать.
Кожа после его прикосновений покрывается мурашками. А губы у него такие мягкие. И пальцы неожиданно ласковые, они гладят и успокаивают, и все, что случилось ночью несколькими часами ранее, отходит на второй план.
— Ты хочешь, я вижу. — он облизывает ее губы и оттягивает нижнюю. И Нэл понимает, что ей хочется на него наброситься, и зацеловать, пока его губы не станут болеть, так как у нее.