К сожалению меня Ржак тоже увидел, сначала удивившись, а потом по звериному оскалившись и пойдя на встречу. Мне ничего не оставалось, как достать пистоль, случайные прохожие разбежались в разные стороны.
- Стой на месте,- предупредил я.
Но мои слова на орка не подействовали, может не знал, что такое огнестрельное оружие, ну что ж, придется показать. Я навел ствол под ноги клыкастому существу и выстрелил. Снова жуткий грохот, на этот раз к нему добавились скрип тормозов, ржание лошадей и крики людей. В мостовой образовалась нормальных размеров дыра. Орка отнесло на три метра в сторону. Убить не убило, но в глубокий нокаут вогнало. Порадовавшись этому обстоятельству, я нырнул вглубь здания.
Меня окутала мгла, освещенная редкими факелами. Огромные ступени, вырубленные в скале, вели в низ. В начале спуска валялось четверо человек, одетых в такие же хламиды как и те товарищи, что забрали моего братца. Видимо они повстречались со вторым орком. Я начал осторожно спускаться вниз. Там маячили какие-то огоньки. Глубина этого храма сильно удивляла, «вот почему медиум сказала, что Виктор находится в погребе», - понял я. Вскоре послышалось песнопение. Людские голоса на греческом восхваляли великую богиню, любимую дочь Зевса, деву Афину. Значит, попал я по назначению.
На небольшом возвышении стали проступать контуры дирижабля, нормальных размеров, а не игрушечных. Здешняя магия не переставала удивлять. Даже шар был надут и завис над гондолой. На верху кабины я увидел тонкую женскую фигурку. Да, эльфка стоила того, чтобы от нее сойти с ума. Длиннополый хитон, благодаря глубокому разрезу подчеркивала большую низкую грудь, а в нужном месте подвязанный поясок обхватывал осиную талию и слегка ниспадал на крутые бедра. Лицо девушки с пшеничными волосами, в некоторых местах побитыми пепельными вкраплениями, казалось кукольным, благодаря полным губкам и аккуратному носику. Она делала пассы руками, но в данный момент видимо не колдовала, а обманывала жрецов, собравшихся вокруг летающего средства.
Греков было около трех десятков, они стояли на коленях, вокруг дирижабля, уперев лбы в пол, и пели песнь Афине, иногда поднимая головы и вскидывая руки вверх. У каждого в руках было по короткому деревянному посоху. Хотя один из греков не стоял на коленях, а медленно двигался в сторону эльфки. Серый балахон с капюшоном был натянут на его голову не давая разглядеть лицо, ткань с трудом обхватывала широкие плечи. Видимо это был второй орк. Я поспешил за ним, между делом рассмотрев своего Братца. Этот гад как сумасшедший прыгал внутри гондолы и либо что-то искал, либо что-то чинил. Все могло быть, ведь у Виктора инженерное образование.
Орк успел добраться до светловолосой быстрее меня, девушка не ожидала подвоха и не успела отпрянуть, когда он схватил ее за руку и защелкнул не ней какой-то браслет.
- Все, - торжествующе зарычал клыкастый, перебивая хор, - теперь ты не сможешь колдовать, ведьма.
- Спок ?!! - девушка удивленно захлопала своими зелеными миндалевидными глазками.
Тут как раз подоспел я, кстати, на моих плечах также висела хламида, позаимствованная у «бессознательных» охранников.
- Привет, урод! – я сорвал серое одеяние с себя и кинул в не успевшего опомнится орка.
Спок конечно, без труда, отмахнулся, принял боевую стойку и пошел на меня. Прекрасно! Это как раз мне и надо было, что бы он отпустил девушку. Я нанес несколько быстрых ударов, орк защищаясь выставил жесткий блок, клыкастый не знал, что на мою правую руке был надет кастет. Серебро с непонятными символами клюнуло Спока в локоть, он от неожиданности охнул, схватившись за культей повисшую конечность, и пропустил несколько ударов в голову. После последнего, который я нанес сильно размахнувшись, вспомнил переулок, нелюдь отбросило далеко от дирижабля.
- Игрушка моего папаши, - услышал я надменный голосок.
Девушка оценивающе смотрела на меня. Глаза ее из зеленых стали голубыми и начали напоминать две льдинки. Греки перестали петь, удивленно воззрившись на нас. Рада на плохом греческом приказала им продолжить. Жрецы снова послушно упали на колени. Из дверей гондоллы показался Виктор:
- Матвей, - удивленно посмотрел он на меня, - ты, что здесь делаешь?
- Тебя спасаю.